Крепкие корни староверов

В Даугавпилсе состоялся съезд Центрального совета Древлеправославной Поморской церкви Латвии. На съезде решались в основном вопросы внутренней жизни старообрядчества, а в кулуарах много говорили о судьбах русской общины в Латвии. «Час» поговорил об этом с авторитетными старообрядческими наставниками - о. Алексием Жилко и о. Трифоном Кустиковым.


Староверы – за натурализацию


Съезд длился долго – почти шесть часов понадобилось на доклады и процедуру переизбрания руководства Центрального совета. Теперь, если государственные инстанции признают легитимность съезда, председателем ЦС ДПЦЛ станет наставник 1-й Даугавпилсской (Новостроенской) общины о. Алексий Жилко, сменяющий на этом посту наставника Рижской Богоявленской общины о. Алексия Каратаева.

Рассказывает наставник о. Алексий Жилко.

- У поморских староверов нет священства и церковной иерархии, следовательно, не может быть и главы конфессии. Суть должности председателя Центрального совета, на которую я избран делегатами съезда, сводится к тому, что я получаю право представлять интересы старообрядческой конфессии в общении со структурами государства и самоуправлений. Ни о каком единовластном духовном лидерстве не может идти и речи. Впрочем, прежнее руководство Центрального совета, которое придерживалось другого мнения, едва ли сдаст позиции без боев.

- Едва ли бесконечные судебные разбирательства идут на пользу «имиджу» латвийского старообрядчества…

- Не хочу вдаваться в подробности, но когда именем религиозной конфессии прикрываются недобросовестные люди, можно ожидать всего. Надеюсь, скоро проблемы разрешатся и мы сможем наконец-то плодотворно работать на благо старообрядчества и латвийского общества.

- Тогда о проблемах общества давайте и поговорим. К примеру, в нашей стране, отметившей годовщину своего членства в Евросоюзе, в настоящий момент насчитывается порядка 460 тысяч неграждан. И они, разумеется, в основном русские. Как вы оцениваете эту ситуацию?

- Все староверы – потомственные граждане, поэтому им эта проблема незнакома. Но тем, кто гражданства не имеет, мой совет таков: активнее пользуйтесь возможностями, которые предоставляет государство, получайте гражданство путем натурализации. По-моему, это наиболее легкий путь добиться своего, ведь новограждане смогут отдавать свои голоса за те партии, которые защищают именно их интересы.

- Какими вы видите взаимоотношения старообрядческой конфессии с другими традиционными латвийскими конфессиями?

- Они были и останутся дружескими. Тем более сейчас, когда миру так активно докучают тоталитарные секты, которые теперь политкорректно называют «новыми религиозными движениями», хотя от названия суть не меняется.

- Стало быть, традиционным конфессиям, в том числе и старообрядческой, самое время стать ядром, вокруг которого станут формироваться здоровые силы общества?

- Это сложный вопрос. То, что конфессиям нужно быть единым крепким механизмом, способным объединить общество, это несомненно. А вот в состоянии ли общество сплотиться вокруг церкви? Ведь входя в церковь, сотрудничая с ней, нужно очень многое изменить в себе самом, а на это, увы, не каждый согласен и не каждый способен.

Церковь на митинги не зовет


В научных кругах старообрядцев, 300 лет живущих на этой земле, называют «основным компонентом русской этнической группы в Латвии». И с этим можно согласиться: ведь тем русским, которым синий паспорт достался «по наследству», не составляет труда определить, что корни их родового дерева берут начало в старообрядческой моленной.

И когда мысли об истоках рода и земле предков начинают посещать все чаще, особенно радостно становится оттого, что ты – не случайный гость, не перекати-поле, не пыль не ветру, а полноправный хозяин этой земли, отвечающий за все ее радости и горести.

«Час» беседует со старшим наставником Рижской Гребенщиковской старообрядческой общины о. Трифоном Кустиковым.

- Старообрядцы – самая консервативная и закрытая от «внешних» конфессия. Вместе с тем время Интернета делает свое дело: к старообрядцам все чаще обращаются государственные деятели, политики, ими интересуются журналисты. Как, по-вашему, не пришло ли время более активного участия староверов в жизни общества?

- Староверы, как и все общество, переживают сложные времена. С одной стороны, мы получили возможность свободно исповедовать свою веру. С другой – все еще сказываются последствия того урона, который нанесло нам время административного атеизма. Мы всегда чувствовали себя гражданами Латвии, патриотами, никогда не забывая, однако, о том, что староверы – русские по происхождению и древлеправославные по вероисповеданию.

Сейчас много говорят об участии церкви в политике. Свою позицию по этому вопросу я могу обозначить несколькими словами. Церковь, вне сомнения, должна призывать своих прихожан быть активными гражданами. Вместе с тем церковь существует для морального воспитания, для спасения душ, и это является ее главной, основной задачей. Мы не можем и не должны звать на митинги и баррикады.

- Даже если по всем фронтам идет явное наступление на русскость?

- Демократия и свобода не только несут права, но и, к сожалению, причиняют огромный вред соблазнами и искушениями. Демократия – как хорошее воспитание, а наше государство еще слишком молодо, чтобы идти ровным курсом, не забирая слишком круто влево или вправо.

Нельзя не замечать того, что общество раскалывается по национальному признаку на два лагеря. Но прежде чем явно становиться на ту или иную сторону, давайте зададим себе вопросы: а к чему это приведет? Что в мире стоит «хотя бы одной слезы ребенка»?

На многие вопросы мирские, светские люди не умеют давать ответы. Они есть только у церкви Христовой. А еще у церкви есть рецепт от любого рода экстремизма. Вот он: молитва, пост, послушание, «любовь к отеческим гробам» и полное вверение живота своего создавшему тебя Творцу.

08.06.2005, 07:47

chas-daily.com


Темы: ,
Написать комментарий