«Oппозиционер» с криминальным прошлым

Германия неожиданно для всех предоставила политическое убежище «российскому оппозиционеру» и бывшему сотруднику «Легпромбанка» Олегу Лискину. Неожиданно потому, что, во-первых, Германия, в отличие от Великобритании и США, доселе россиян не укрывала. Во-вторых, потому, что имя Олега Лискина большинству читателей и даже более осведомленных обычно журналистов почти ничего не говорит. Партии «Яблоко», с которой, по версии немецких властей, был связан в России Лискин, оно не говорит совсем ничего, судя по комментарию ее представителя Сергея Митрохина. Между тем самому Лискину удалось найти достаточно доводов, чтобы убедить Федеральное миграционное управление Германии в том, что он достоин стать первым в этой стране политическим беженцем из России.


История с Лискиным стала известна в четверг, когда немецкое издание Tagesspiegelпредставило ее как «маленькое дело Ходорковского». Ключевыми словами в данном случае были «оппозиционер» и «Россия» – этого оказалось достаточно для того, чтобы провести параллель между никому неизвестным бывшим десантником и одним из главных героев российской новейшей истории. На деле же выяснилось, что никаких компаний Лискин не возглавлял и с российскими властями в конфронтацию не вступал.

По версии немецкой газеты, которая ссылается на немецкое миграционное ведомство, на родине Лискин сначала при поддержке партии «Яблоко» неудачно поучаствовал в выборах губернатора Тульской области в 2001 году – якобы во время предвыборной кампании его схватили омоновцы, после чего он был брошен неизвестно за что в тюрьму. Затем, выбравшись каким-то образом из заключения, Лискин отправился в Москву, где устроился на работу в «Легпромбанк», поддерживавший финансово все ту же партию «Яблоко». Однако банк, как пишет издание, вскоре был объявлен банкротом и поглощен лояльным Кремлю «Межпромбанком». Других подробностей биографии россиянина немецкий источник не приводит, вызывая у наблюдателей справедливый вопрос о том, что же именно стало поводом для его бегства в Германию и особенно для предоставления ему статуса политического беженца.

Не прояснила ситуацию с Лискиным и представитель Федерального миграционного управления Германии Фелицита Грауте, которая лишь туманно намекнула, что «дело не только в поддержке им оппозиционной партии» и что существуют другие мотивы. Однако о них госпожа Грауте говорить отказалась «в целях соблюдения тайны личных данных и в интересах самого заявителя».

Известно лишь, что Лискин подтвердил свои слова некими видеозаписями и «множеством документов», среди которых, по словам немцев, письмо некоего тульского депутата из фракции «Яблоко». Кто именно является автором письма и о чем в нем может идти речь, также непонятно. Тем более что сами «яблочники» в лице зампредседателя партии Митрохина заявляют, что Лискина знать не знают, в партии он не состоял, на выборах они его не поддерживали, а что касается спонсорства «Легпромбанка», то таковое имело место лишь во время президентской кампании Григория Явлинского. «Яблоко» же в целом финансовой поддержкой «Легпромбанка», по словам Митрохина, никогда не пользовалось.

Нашлись, правда, среди членов «Яблока» и менее сознательные партийцы, которых санкции со стороны власти явно не волновали, зато очень хотелось использовать дело Лискина как повод поговорить «о своем, оппозиционном». Например, независимый депутат Госдумы и член партии «Яблоко» Галина Хованская заявила «Независимой газете», что считает предоставление политического убежища Лискину одним из последствий проявленной на процессе Ходорковского – Лебедева избирательности правосудия. «Люди чувствуют страх, и за границей это тоже понимают», – обрисовала она свою версию событий, происходящих в Германии.

Однако немецкая сторона в лице госпожи Грауте сразу заявила, что дело Лискина не является прецедентом и Германия не намерена давать какой-либо оценки политической ситуации в России. То есть убежище Лискину было предоставлено не ради спасения бывшего десантника от «путинского режима», о котором сейчас на Западе не говорит только ленивый, а на основании конкретных фактов, подтверждающих, что вынужденного эмигранта на родине ждут политические репрессии. Что же такое предъявил миграционной службе Германии Олег Лискин?

Московская рука в Туле


Обращение к публикациям в прессе трех- и двухлетней давности сразу наводит на мысль, что россиянин несколько слукавил перед лицом своих спасителей. В частности, выясняется, что в тульских выборах участвовал совсем не он, а его бывший сослуживец по Афганистану Андрей Самошин (хотя, конечно, нельзя исключать, что роковую роль в данном случае сыграли «трудности перевода»). Лискин же состоял в команде Самошина, которому надлежало обойти на выборах действовавшего губернатора Василия Стародубцева, обладавшего мощным административным ресурсом.

Самошин сделал ставку на ресурс материальный, и помог ему в этом тот самый «Легпромбанк», который, вопреки заверениям Сергея Митрохина, в то время считался одним из ведущих спонсоров партии «Яблоко». Молодой глава Ленинского района Тульской области быстро стал популярным среди избирателей, однако за несколько дней до голосования над ним нависла угроза снятия с выборов: областная избирательная комиссия заинтересовалась финансовыми нарушениями, которые могли быть допущены штабом Самошина. Тогда московские спонсоры кандидата решили действовать решительно.

За сутки до голосования здание администрации области, где проходило заседание контрольно-ревизионной службы избиркома, фактически захватила группа из нескольких десятков человек. Среди них были внушительного вида молодые люди из частных охранных предприятий, а также представители «Легпромбанка» Андрей Дробинин, Евгений Янковский и Александр Дунаев. Был там и Олег Лискин, которого считают приближенным в первую очередь Андрея Дробинина.

В результате всю честную компанию, решившую воспрепятствовать работе избиркома столь агрессивным образом, повязала и допросила милиция. Известно, что Лискин при этом оказывал сотрудникам правоохранительных органов всяческое противодействие, за что был отправлен в отделение. Против него возбудили уголовное дело по статьям УК РФ «хулиганство» и «насильственные действия в отношении работника милиции». Позднее уголовное дело завели против всех участников «налета» на здание тульской администрации.

Как видно, Олег Лискин оказался не из тех, кто следует букве закона. Если попытаться представить себе описанную выше сцену, то нынешний политический беженец выглядит довольно неприглядно. В данной ситуации представителям властей пришлось бороться с ним вовсе не из-за идеологических разногласий, а по причине незаконности его действий. Однако в Германии этого, по всей видимости, не узнали. То есть о самом факте задержания Лискина и отправки его в камеру узнали, но об истинных причинах этого россиянин предпочел умолчать, присвоив себе, таким образом, статус невинной жертвы режима.

Особо опасные хулиганы


Каким образом Лискину удалось избежать ответственности за «тульский беспредел», не уточняется. В следующий раз его имя появляется в прессе спустя более чем год и вновь в связи с дракой. К тому моменту он действительно стал сотрудником «Легпромбанка», а точнее – начальником его службы безопасности. К августу 2002 года руководители банка, участвовавшие в захвате тульского избиркома, успели между собой рассориться и у руля остался босс Лискина Андрей Дробинин. В то время последний конфликтовал со своими деловыми партнерами из-за здания банка, располагавшегося на Зубовском бульваре, и 2 августа от «группы захвата» пришлось обороняться уже ему. Конечно же, при поддержке Олега Лискина и его подчиненных.

Обороняться представителям банка пришлось от люберецкого предпринимателя Александра Шарора и его людей, которые обеспечивали поддержку судебному приставу лейтенанту юстиции Храмовичеву. Тот явился якобы с намерением выполнить постановление суда о передаче здания банка другому владельцу, однако, как выяснилось, на не совсем законных основаниях. Постановление суда действительно существовало, однако на тот момент оно еще не вступило в законную силу. Кроме того, полномочия пристава распространялись на Северный округ, тогда как здание банка находилось в Центральном. Результатом противостояния двух сторон стало поражение людей пристава и разбитое стекло его нескромного автомобиля (внедорожник BMW Х5 ).

В ответ прокуратура Хамовнического района Москвы возбудила против Дробинина и Лискина уголовное дело по двум статьям – тем же самым, по которым проходил за год до этого начальник охраны «Легпромбанка». Правда, вскоре обвинение по статье 318 УК РФ («Применение насилия в отношении представителя власти») было снято, так как в действиях самого представителя власти был найден состав преступления, подпадающего под статью 285 УК РФ («Злоупотребление служебным положением»).

Оставшееся обвинение в хулиганстве может показаться кому-то несерьезным, но не прокуратуре Хамовнического района. В конце сентября 2002 года прокурор этого ведомства Василий Антонов-Романовский подписал постановление, на основании которого оперативники отдела по борьбе с организованной преступностью ворвались в общественную приемную депутата Госдумы Алексея Мельникова, представлявшего фракцию «Яблоко», для «задержания лиц, причастных к избиению судебного пристава 2 августа 2002 года», то есть Дробинина и Лискина.

Итак, «Яблоко» вновь оказалось на сцене, давая повод усомниться в том, что связи между «Легпромбанком» и Андреем Дробининым, а следовательно, и «его человеком» Лискиным, никогда не было. Справедливости ради надо сказать, что указанных лиц обоповцы в приемной Мельникова не нашли, но наверняка ожидали найти, ведь не зря же они прихватили с собой не только огнестрельное оружие, но и кувалды и другие инструменты на тот случай, если помещение придется брать штурмом.

Почти правда


А уже в декабре 2002 года, если верить немецким источникам, Олег Лискин оказался вне зоны досягаемости российских правоохранительных и судебных органов. Не исключено, что просить в Германии политического убежища его заставила не только смехотворная статья УК, но и неизвестные нам проблемы, связанные с его работой в «Легпромбанке», сотрудничеством с Дробининым, конфликтом с деловыми партнерами последнего или чем-то еще, что неудивительно встретить в биографии столь неоднозначной личности.

Однако для того, чтобы убедить миграционную службу Германии в грозящей ему опасности, Лискину необходимо было предъявить именно «маленькое дело Ходорковского», так как вряд ли немцы стали бы сострадать криминальному «авторитету», скрывающемуся от мести бывших партнеров или конкурентов. Вот тогда он, видимо, и пустил в ход волшебное слово «оппозиция», сославшись на партию «Яблоко», которая изо всех сил позиционирует себя в качестве либеральной и оппозиционной Кремлю.

Расчет Лискина оказался верным – упрекнуть его в абсолютной лжи нельзя, так как все звенья цепочки, которая потенциально могла бы связать его с «яблочниками», присутствовали. Другое дело, что в партии действительно могут ничего не знать о помощнике Дробинина, ведь он был лишь технической фигурой, исполнявшей распоряжения начальства. Куда ему до политики, да и зачем?.. Только вот немецкая миграционная служба об этом не знает и верит, что с ее помощью наконец и Германия, вслед за США и Великобританией, стала прибежищем для очередного опального российского политика.

15.06.2005, 08:22

chas-daily.com


Темы: ,
Написать комментарий