Большой секрет для маленькой такой компании

Денационализация — торжество исторической справедливости или крупнейшая афера в независимой Латвии?

Недавно “сенсационное” заявление сделал вице-мэр Риги Айварс Крейтусс: 90 процентов домов в стране денационализировано незаконно! Это называется — а поутру они проснулись! Это на 13–м году принятия Закона о денационализации! А ведь наша газета много лет подряд писала о случаях вопиющих подлогов при возвращении, а точнее, присвоении домов самозванцами. Даже одного прецедента было бы довольно, чтобы проверить законность всего процесса. Увы. Сейм, Госконтроль, прокуратура безмолвствуют. Слуги народа бьются над другой судьбоносной проблемой — позволить или нет домохозяевам придушить жильцов произвольной квартплатой или еще немного попридержать.

Реклама

Но прежде чем решать судьбу несчастных заложников реституции, надо бы разобраться с самой реституцией.

Начнем с того, что вся она производилась более чем подозрительно. Оформление возврата домовладений шло келейно — от жильцов скрыли и до сих пор скрывают сведения о том, кому переданы их дома, на каком основании и даже… на каких условиях! А ведь решения, которые выносились муниципалитетами на закрытых заседаниях и комиссиях, касаются рядовых жителей напрямую. Теперь уже понятно, что сокрытие информации, ограничение для частных лиц доступа к архивам было частью спланированной операции по изъятию у народа Латвии громадных материальных ценностей — в пользу отдельных избранных. Отчуждение недвижимости шло под дымовой завесой лозунга о “восстановлении исторической справедливости”. Но поскольку все делалось тайком, негласно, без проверки и тщательного изучения заявок и представленных документов, то получилось все с точностью до наоборот: историческая справедливость во многих случаях была полностью проигнорирована — ради выгоды горстки ловких дельцов, сделавших себе состояния на волне политической конъюнктуры.

Так что же произошло на самом деле с жилым фондом республики? И особенно ее столицы, где этот кусок самый жирный, самый лакомый?

Интереснейшие факты на этот счет собрала рабочая группа “За равные права на жилье для всех жителей Латвии”, которая вот уже полгода действует при Латвийском комитете по правам человека и политобъединении ЗаПЧЕЛ. В группу вошли наиболее активные люди из числа рижан, лично пострадавших от денационализации.

Кстати, таковых в столице на сегодняшний день зарегистрировалось 2500 семей. Это верхушка айсберга — рабочая группа продолжает регистрацию, и каждый день по средам на Дзирнаву, 102а, идут и идут люди.

Упомянутая группа активистов в октябре прошлого года обратилась во все возможные инстанции с открытым письмом, в котором подробно излагались все сомнительные обстоятельства и трагические последствия реституции по–латвийски, сказавшиеся на судьбах десятков тысяч жителей республики. Под обращением подписались пять с половиной тысяч человек. Вполне достаточно, чтобы депутатам сейма, премьер–министру, президенту ЛР, руководителям партий заинтересоваться вопросом и как–то отреагировать на послание электората. Не отреагировали.

27 ноября — еще одна попытка достучаться до вершителей судеб “плебса”. Собрание “денационализированных” жильцов принимает резолюцию, которую вновь отправляют по высоким адресам. 350 человек, которые приняли участие в том собрании (зал был забит — люди стояли даже на лестнице!), отразили в тексте письма всю свою боль и отчаяние. И внесли конкретные предложения — как разрулить проблему. Результат? Президент, оценивая намерение сейма отменить потолок квартплаты, осторожно намекает, что это может привести к нежелательным последствиям. И на том спасибо — драконовскую меру откладывают и будут вводить по частям. Удушение жильцов квартплатой пойдет поэтапно.

Но вернемся к законности самой приватизации. Члены рабочей группы Ирина Иванова, Виктория Мурина-Лусте и Гертруда Фадейкина добыли в Госархиве (надо сказать, с большим трудом!) списки домов, принадлежавших до 1940 года этническим немцам. Все адреса — а это полторы тысячи зданий, занесенных в Земельную книгу, а также имена владельцев–немцев были напечатаны в официальной газете Valdibas Vєstnesis.

— По архивным документам совершенно ясно, что все домохозяева из этой категории получили за свои дома полные компенсации — Латвийская Республика выкупила их недвижимость, а Германия затем вернула репатриантам адекватные суммы после их переезда в Фатерлянд. Порядок и сумма компенсаций определялись договором 1940 года между Латвией и Германией, — рассказывают мои собеседницы.

— Всего репатриантам было выплачено 7 миллионов латов. Если учесть “вес” тогдашнего лата, то сумма немалая.

Что примечательно: компенсации получили даже те собственники, которые не выплатили за свое имущество долги — по кредитам и залоговым платежам. Жильцам, над которыми висит дамоклов меч выселения из священной частной собственности, рекомендую зайти на Дзирнаву, 102а, и заглянуть в эти списки — нет ли там, случаем, и их дома. А если хозяин пока и не объявился — все равно подстрахуйтесь. Ведь процесс возврата недвижимости не закончен. Может статься, что ваша информация будет для вас и ваших соседей решающим аргументом в борьбе за ваше право на жилье.

Вот, к примеру, одна из обитателей “немецкого” дома на Калпака, 9, даже в Германию ездила (благо жильцы собрали ей денег на дорогу) — к наследникам
бывшего хозяина–репатрианта. И немецкие наследники ей подтвердили, что отказались от всяких прав на дом. Да и какие права, когда довоенный хозяин не выплатил по кредиту, взятому под дом в государственном Ипотечном банке, ни одного сантима, и дом был даже описан судебными исполнителями! Или другой адрес — на Цесу, 5. По нему у рабочей группы “За равные права жильцов…” есть информация, что на 1940 год за хозяином нескольких домовладений под этим номером числился огромный долг по ипотеке — 300 тысяч латов.

Проверить, была ли отягощена собственность, на которую претендуют “бывшие”, долгами государству, не получена ли за нее в свое время компенсация из бюджета первой ЛР, — должны были самоуправления. Но они и не подумали это сделать! В итоге многие ловкие кунги заполучили даром не принадлежащее им добро.

Царский подарок от независимой Латвии, и страшное наказание для тысяч горожан.

Пользуясь неведением квартирантов, управляющие, назначенные “исторически торжествующими” саймниексами, тянут все жилы из наивных жильцов. Кстати, вывести фальсификаторов на чистую воду и теперь не поздно. Хотя и не просто: первое, что делают липовые наследники, вступив в права собственности, — быстренько перепродают свое (точнее, присвоенное) имущество. Но мои собеседницы уверяют, что и при таком раскладе не все потеряно.

— Гражданский закон гласит, что если вскрываются новые обстоятельства, то сделка аннулируется, а на объект — в данном случае на дом, налагается арест, — убеждает Виктория Мурина-Лусте.

Так что можно еще повоевать за свои квартиры — в конце концов овчинка стоит выделки, даже если жильцам придется в складчину оплатить адвоката. Рабочая группа “За равные права на жилье…” исследовала еще одну интересную тему — возврат земли под денационализированными строениями. У нас ведь при денационализации дома автоматически возвращают наследникам и земельные наделы под строением. Однако и тут, оказывается, не все так однозначно. Правозащитники раскопали закон от 1938 года о выкупе государственной земли хозяевами домостроений.

— До этого закона владельцем земли в городе был сам город, — комментирует Ирина Иванова. — А домовладельцы являлись пользователями земли. В 1938 году Улманис издал указ о том, что каждый домохозяин по желанию может эту землю у города выкупить. Но не все это сделали! Многие ведь и так были должниками у ипотеки. Но если земля не была выкуплена, она должна и сегодня оставаться в распоряжении города!

Вот тот же дом на Стрелниеку, 9, — довоенные хозяева его значатся в списках должников за землю. Таких в Латвии на 1940 год было более 10 тысяч! Это все можно проверить по официальной информации, которая публиковалась в Valdїbas Vestnesis. Это многие, многие страницы списков. То есть у города украдена земля! За нее домохозяева должны платить Рижской думе аренду, а они еще и с жильцов деньги дерут за парковку машин и хранение дров на “своей” территории.

Теперь коснемся собственно исторической несправедливости — Указа о национализации крупных домовладений от 28 октября 1940 года. Между прочим, не все было скопом отобрано — накануне войны, 29 мая 1941 года, советские власти издали указ об освобождении некоторых зданий от национализации. Под него подпадали дома площадью меньше 220 кв. метров. Были проведены повторные обмеры и инвентаризация, и, очевидно, небольшие домики в мещанских слободах оставили их владельцам. Более того, хозяевам недостроенных домов советские власти давали кредиты.

Некоторых довоенных жилых домов в списке национализированных нет. Хотя перенятие недвижимого имущества велось очень скрупулезно — в отличие от теперешнего порядка. По каждому национализированному дому в Госархиве имеется полный пакет сведений — договоры, акты технического состояния на 1940–1941 годы, списки жильцов, какую площадь они занимали, сколько ими заплачено за квартиры. По сути, по каждому жильцу — готовая справка 22–ж. Так вот, если дом не фигурирует в перечне национализированных, можно предположить, что владельца лишили имущества по суду. Тогда надо разбираться — идет ли речь о “революционной законности” или дом потерян, к примеру, в результате имущественной тяжбы с другим частным лицом. Еще один щекотливый момент, никогда не фигурирующий при рассмотрении заявок на возвращение домов.

В 1938 году Улманис своим указом закрыл все бесприбыльные общества. Их имущество через некоторое время было выставлено на аукцион — чтобы свои претензии успели предъявить кредиторы. Но при денационализации никто не проверял — что и кому было тогда продано, что отчуждено в пользу государства. Общественным организациям, конфессиям и различным структурам — правопреемникам довоенных — безоглядно отдавали собственность.

А еще были и бесхозные дома, когда хозяин умер, не оставив наследников. До 40–го года надзор над бесхозными домами государство обеспечивало через Сиротский суд.

В 1941 году этот надзор осуществляли самоуправления. Если наследник так и не обнаруживался, государство забирало эту недвижимость себе. Где списки этих домов и не нашлись ли вдруг и у них спустя 50 лет наследники? Тут надо было особо хорошо проверить, имеют ли они какое–то отношение к усопшим собственникам.

Увы, Рижская дума не проявляет ни малейшего внимания к таким о–очень интересным вопросам и отдает городскую недвижимость, можно сказать, не глядя — по первому требованию.

О том, каким способом были развязаны руки для “прихватизации” жилья в массовом порядке, мы продолжим разговор в следующий раз.

11.01.2005, 12:22

"Вести сегодня"


Написать комментарий