«Только земля скажет правду…»

Жители поселка Лидумниеки Лудзенского района хотят восстановить подлинную историю своего края, для чего создали на общественных началах Музей войны. Все экспонаты найдены в округе.


Создан Музей войны

<TABLE WIDTH=220 CELLSPACING=0 CELLPADDING=0 BORDER=0 ALIGN="LEFT"><IMG SRC=“http://www.chas-daily.com/win/2005/08/19//ppic/.gif” WIDTH=1 HEIGHT=20 BORDER=0>
<IMG SRC=“http://www.chas-daily.com/win/2005/08/19/n192_img_0053.jpg” WIDTH=200 BORDER=1 ALT="Photo">


Мальчишкам здесь все интересно.<IMG SRC=“http://www.chas-daily.com/win/2005/08/19//ppic/.gif” WIDTH=20 HEIGHT=1 BORDER=0><IMG SRC=“http://www.chas-daily.com/win/2005/08/19//ppic/.gif” WIDTH=1 HEIGHT=20 BORDER=0>


Вообще-то здесь больше в ходу прежнее название – Заболотье. До российской границы – три километра. Был когда-то колхоз, теперь от ферм остались только бетонные балки. И вдруг на деревянном домике видишь надпись: Kara muzejs . Вывеска явно самодельная, да и не значится этот музей ни в одном справочнике. Но некоторые туристы уже нашли это уникальное место, где историю не поправляют в соответствии с последними указаниями власти. Как помнят люди, как хранит земля – так и отражено все в экспозиции.

В этих местах латышские деревни чередуются с русскими. Естественно, иногда роднятся. Но при этом в какую семью пришел, такой уклад и сохраняется. В Заболотье, например, много Новожиловых, и все – латыши, между собой говорят по-латгальски. И русский знают как родной. А почему фамилия русская? Наверное, был какой-то общий прадед. А может, барон дал такую фамилию. Старики рассказывают, что после отмены крепостного права местный аристократ всем своим крестьянам дал фамилии. «Ты из деревни Барканы? Будешь Барканс. А ты на новом хуторе живешь? Будешь Новожилов».

- Вот там стоял баронский дом, сгорел, а парк до сих пор сохранился, – показывает окрестности Ивар Новожилов. – Иногда думаю, может, и зря разорили баронские гнезда. С этого бардак начался, до сих пор не прекращается.

Когда-то здесь были три школы, а теперь – ни одной. Детей наперечет. Школьников возят на автобусе в волостной центр. Какие развлечения в сельской местности для подростков? Рыбалка, грибы да ягоды. А в лесах здешних до сих пор то и дело натыкаешься на мины, снаряды, оружие и прочие военные памятки.

- В деревне после войны знаете как свиные туши смолили? Густо обсыпали порохом и поджигали, – рассказывает Имант Новожилов. – Снарядов было больше, чем грибов.

Братья Новожиловы сначала все найденное приносили домой, потом – в сарай. А когда подросли, стали задумываться: о чем свидетельствуют их находки? Без учебников они воспроизводят картину боев. Там, где сражались в 41-м, – брошенные винтовки, остатки подбитых легких советских танков Т-26. Картина полного разгрома. А в 44-м, наоборот, немцы бежали, часто бросив тяжелый пулемет или миномет. Когда экспонатов набралось много, волость выделила под музей пустующее здание сельсовета. Правда, в нем нет света. Ну да ничего, зато места много. Жители начали приносить в музей оставшиеся с войны фотографии, листовки, газеты, солдатские вещи и документы. Сотрудники полиции безопасности тоже наведываются, проверяют, чтобы гранаты, мины, автоматы были безопасны для окружающих.

Кстати, совсем недалеко находится деревня Малые Баты, та самая, где сначала выдали партизан, а потом группа Василия Кононова провела акцию возмездия. За это Кононова судили. А как смотрят на эти события в латышском селе Лидумниеки?

- Легко осуждать сейчас, – говорят братья Новожиловы. – А попадешь между жерновами, неизвестно, как себя поведешь. Вот история нашей семьи. Один брат еще до войны выгодно женился земли было больше, хозяйство покрепче. Другой бедовал. В 40-м году власть сменилась. Того, кто побогаче, выслали. А сын был в гостях, его предупредили, чтобы домой не возвращался. Он год прятался, а как немцы пришли, пошел добровольцем. Пропал без вести в Waffen SS. А второй пошел добровольцем в Советскую армию, в латышской дивизии воевал под Нарофоминском. Друг против друга фактически сражались. Не было бы войны, вместе пиво бы пили. И в музее мы храним и воинскую книжку одного, и фотографию легионеров, сделанную в наших местах.

В музее довелось услышать немало удивительных историй об односельчанах. Красные партизаны для здешних не герои и не враги. Волею обстоятельств оказались мужики в лесу. Чтобы прокормиться, надо идти за помощью к людям. Один хуторянин поделился куском хлеба, другой испугался, что сожгут дом, и рассказал о визитерах полицаю. За помощь советским «лесным братьям» первую семью зверски убили. Надо отомстить. И вот уже ночью стрельба поднимается в другом дворе.

Но и легионеры для местных жителей никакие не патриоты, а тоже изломанные войной люди. Может, когда записывался, и думал о героических сражениях, а пришлось выполнять совсем другие поручения. Один бывший эсэсовец, вернувшийся после плена домой, подвыпив, рассказывал, как в «партизанских» деревнях насаживал на штык младенцев и швырял в огонь. А теперь ему снится ребенок, который пытается выползти из костра…

- Сейчас историки в очередной раз начинают переписывать прошлое, – говорит Ивар Новожилов. – Только земля не врет, она хранит правду. И в нашем музее все так, как было на самом деле – без исправления. Не надо начинать войну, не надо делать из людей зверей – вот про что наш музей.

19.08.2005, 07:57

chas-daily.com


Темы: ,
Написать комментарий