Почем музыка для народа?

Особенности национального шоу-бизнеса

Несмотря на впечатляющее количество латвийских исполнителей и их успехи на международных конкурсах, шоу-бизнес в Латвии остается еще в зачаточном состоянии. Но это не означает, что у наших музыкантов и продюсеров нет перспективы стать весьма обеспеченными людьми. Уже сегодня только официальный доход латвийских авторов и исполнителей превышает 440 тыс. латов. Многие из них собираются покорять зарубежные рынки, а Раймонд Паулс вообще готов попробовать себя в Голливуде. Телеграф решил разобраться в том, кто же сегодня заказывает музыку в латвийском шоу-бизнесе, а также кто из исполнителей добился на этой ниве финансового успеха.

Авторское право — всему голова
Заработать в Латвии певцу, автору песни и продюсеру крайне сложно, ведь нужно брать во внимание музыкальный вал с Запада и Востока. Поэтому главная и официальная статья доходов наших музыкантов — это авторские отчисления за исполнение. Монополистом в области авторского права на латвийском рынке с 1995 года является компания AKKA/LAA, которая представляет интересы 2 млн. зарубежных авторов и 3 тысяч отечественных, из них латвийских авторов песен зарегистрировано 1243. Как рассказала в беседе с Телеграфом начальник отдела публичного исполнения AKKA/LAA Инара Домбровская, авторское вознаграждение — это конкретная иллюстрация к известной поговорке “Курочка по зернышку клюет и сыта бывает”. К примеру, в последнее время все большей популярностью пользуется услуга заказа мелодии для мобильного телефона. Из всех предлагаемых для заказа мелодий произведения местных авторов составляют 10%, с каждого заказа автору причитается 6,5 сантима за мелодию, а за полифонические — 9 сантимов. Раньше в “мобильной гонке” из местных исполнителей лидировали A-Europa, но в последнее время корифеев латвийской попсы потеснила группа Re-public.

Еще одна статья доходов автора — лицензии на публичное воспроизведение звукозаписи, которые должны приобретать все без исключения фирмы и организации, где звучит музыка. Деньги, собранные посредством лицензирования, поступают к авторам в Латвии и во всем мире, а для вычисления сумм вознаграждения в AKKA LAA используются хитроумные схемы.

“Горячая десятка”
Музыкальные и ночные клубы, проводящие концерты, также обязаны отчитываться о своей работе. Периодичность отчетов зависит от интенсивности выступлений. Клуб предоставляет в AKKA/LAA программу концерта, на основании которой впоследствии и выплачивается авторское вознаграждение. Деньги распределяются между автором музыки, автором текста, аранжировщиком и музыкальным издательством. При этом издатель получает до 50% от всей суммы.

По просьбе Телеграфа AKKA/LAA предоставила свой “топ 10” самых популярных (а следовательно, и финансово преуспевающих) авторов-исполнителей. Первое место с большим отрывом занимает Маэстро Раймонд Паулс. За ним следуют: Мартиньш Фрейманис (Tumsa), Роланд Удрис (Hobos), Айнар Миелавс, Артур Дубокс (A-Europa), Янис Стибелис, Лаурис Рейникс, Арнис Меднис и Мария Наумова. Из русскоязычных исполнителей элите в затылок дышат Яна Кей и A.M.Fors (Александр Мальцев).

Телеграф с удивлением не обнаружил в этом списке самую известную группу нашей страны — Prќta Vєtra, о чем и полюбопытствовал у консультанта AKKA/LAA Даце Спроге. “Мы не представляем их интересы. Они сами так захотели”, — был дан лаконичный ответ.

Кстати, по данным AKKA/LAA, из всего репертуара песен на русском языке у них зарегистрирован едва ли 1%. При этом авторских денег за русские песни больше всего получают Артур Дубокс и латышская группа Forte.

AKKA/LAA не имеет права разглашать информацию о доходах конкретных представителей шоу-бизнеса, однако Телеграфу был предоставлен список, который может дать примерное представление об их материальном положении. Итак, 1 человек в нашей стране получает авторское вознаграждение за год в размере 40 тыс. латов, 2 человека — 10-20 тыс. латов, 5 человек — 5-10 тыс. латов и 13 человек — 2,5-5 тыс. латов.

Шоу без бизнеса
Но помимо публичных данных о доходах латвийского шоу-бизнеса необходимо учитывать тот факт, что 2/3 денег вращаются в этой сфере неофициально. И это можно объяснить неразвитым рынком, на котором музыкантам даже “черный” заработок и тот достается с большим трудом. В беседе с Телеграфом один из независимых продюсеров, пожелавший сохранить анонимность, метко подметил, что в Латвии есть шоу, но нет бизнеса. "Шоу-бизнес в Латвии? Сказать, что он есть, — значит сильно польстить себе, — уверен продюсер. — Ко мне в студию приходят люди, тратят на запись песен свои деньги. И это заведомо никогда не окупится. Те, кто зарабатывает, — это все на авторских правах. Такое ощущение, что есть 10 человек, которые участвуют в большинстве проектов. Вообще-то у меня очень скептическое отношение к “шоу” как к бизнесу. Его нет по причине, например, отсутствия профсоюзов: музыкантов, звукорежиссеров, ди-джеев. Будут профсоюзы — будут платить достойные деньги, никуда не денутся. Гонорары платятся в основном в конверте, и то нищенские. Кто может сейчас позволить себе официально оплатить выступление группы из 8 человек? Были бы профсоюзы, можно было бы говорить, на первых порах, хотя бы о приличных гонорарах в конверте. Ко мне приходят люди, думая, что вот они сейчас заплатят деньги за студию и начнут зарабатывать. Да не будут они зарабатывать! И тем не менее музыкант должен удовлетворять свою потребность и что-то записывать, слушать себя со стороны, тешить свое самолюбие, пытаться быть популярным".

Гунтар Рачс: "Концерт “Мумий Тролля”
— это финансовая трагедия…"
Неадекватные политические акции портят латвийский рынок
О том, чем же живет сегодня шоу-бизнес в Латвии, Телеграф попросил рассказать одного из видных представителей этой сферы, репертуарного директора Mikrofona ieraksti Гунтара РАЧСА. Он также руководит компанией, деятельность которой связана с авторскими правами, — музыкальным издательством Micrec. Помимо этого Гунтар музыкант, автор текстов песен, директор Раймонда Паулса и член правления организации LaIPA (латвийское общество исполнителей и продюсеров), занимающейся смежными правами.

Убыточный бизнес
— Национальная особенность нашего шоу-бизнеса заключается в том, что компании-лидеры зарабатывают на продаже записей зарубежных исполнителей, а прибыль вкладывают в латвийских музыкантов. Выгодна ли такая схема работы?
— Продавая репертуар Sony и EMI в трех странах Балтии, мы имеем возможность вкладывать полученные средства в лучшие проекты локальных исполнителей. Если бы мы занимались только местными исполнителями, мы бы обанкротились уже пять лет назад. Не окупаются даже диски Prќta Vєtra: при издании международного релиза расходы на каждый альбом, включая видеоклип, составляют 100 тыс. латов, а в минусе мы в итоге в 40 тысяч.
Сейчас у местных исполнителей выходят и рекламируются альбомы только для того, чтобы создавать впечатление, что исполнитель популярен. В то же время реклама никак не способствует продаже — она нужна только для имиджа. Если артист хочет, чтобы были концерты, заказы, чтобы его снимали в рекламе, дали высокооплачиваемую работу на телевидении или радио, то ему необходимо выпускать новые песни и диски. Поэтому наша деятельность все больше напоминает работу рекламного агентства. Мы вкладываем свои деньги в студийную работу, в маркетинг и, хотя нам и не хочется этого делать, вынуждены искать спонсоров. Еще два года назад мы могли позволить себе выпускать альбомы без какой-либо спонсорской помощи. Вообще, шоу-бизнес в Латвии отражает положение вещей в мировом шоу-бизнесе с точностью до наоборот: там концерты проводят для того, чтобы продать больше дисков.

Авторский конфликт
— В AKKA/LAA говорят, что Prќta Vєtra отказалась от авторского вознаграждения в Латвии. В то же время группа здесь наиболее популярна и теряет на этом немало денег. Почему так происходит?
— Абсолютно идиотская ситуация, в которой виновата только и единственно AKKA/LAA. Prќta Vєtra — очень принципиальные ребята, они делают бизнес только с теми, кому полностью доверяют. На первом месте для них человеческие отношения, а уже потом деньги. Лет пять назад они сами организовали свой концерт в Латвии. Сами исполняли свои же песни и, естественно, сами себе заплатили и гонорар, и авторские. AKKA/LAA имела договор с Prќta Vєtra и хотела, чтобы авторские были перечислены ей, а потом бы группе был выплачен процент. Определенный свой “интерес” организация бы удержала. Ладно, если бы AKKA/LAA при этом выполнила какую-то работу, но она для этого концерта ничего не сделала, просто хотела деньги получить, угрожала группе судом. И в знак протеста Prќta Vєtra решила вообще отказаться от ее услуг. Теперь они получают авторские со всего мира, кроме Латвии, теряя примерно 10 тыс. латов в год. В проигрыше оказались обе стороны, так как Prќta Vєtra нужна AKKA/LAA не меньше, а может, даже больше. Сама по себе AKKA/LAA организация не плохая, но до тех пор, пока ее директор — Инесе Паклоне, отношения с самыми популярными исполнителями Латвии будут очень скверными. Во всем мире существует принцип: те авторы, которые получают наибольшие авторские, входят в правление аналогичных организаций, поскольку именно они вправе решать, как эти деньги поделить. К сожалению, в Латвии этот принцип не соблюдается.
— В чем секрет успеха Prќta Vєtra?
— Prќta Vєtra — абсолютное исключение. Такой целеустремленности я не видел ни у кого в мире. Любая другая группа с первым же появлением денег поменяла бы свое отношение к жизни, начала бы делить заработанное. Ребята же организовали ООО, сами себе платят зарплаты, всем одинаковые, неважно, кто написал песню и т.д., все поровну. Они понимают, что если кто-то будет получать больше, сразу начнется конфликт. Все, что они зарабатывают, вкладывают или в студию, или в видео совместно с нами. Я не знаю другой группы, с которой бы мог договориться, что гонорар вкладываем в развитие. Мы вместе вкладываемся, потому что наша цель, которой мы еще не достигли, — быть лучшими в мире. Если я вдруг возьму калькулятор в руки — все пропало, у нас ничего не получится.

Паулса ждет Голливуд
— Откуда тогда деньги?
— Хотите верьте, хотите — нет, но и от концерта Prќta Vєtra на стадионе Skonto прибыль была очень маленькая. А деньги они зарабатывают концертами в России, в Германии, в других странах. Есть у группы и очень хорошие спонсоры — заключены долгосрочные договоры с Krќjbanka, Siemens. Два года назад согласились, к сожалению, на сотрудничество с Партией “зеленых”. Музыкантам с политикой лучше не связываться. Очень правильно, что они отказались участвовать в концерте 1 сентября. Этот концерт какая-то трагедия, с финансовой точки зрения. Заплатить 70 тыс. латов налогоплательщиков! “Мумий Троллю” заплатили 40 тысяч. А я точно знаю, что “Мумий Тролль” не стоит 40 тысяч. За эти деньги — ух кого можно было привезти! Это ужасно портит рынок, а рынок у нас и так нестабильный. Теперь какая-нибудь заезжая группа может требовать 40 тысяч. Каждый раз, когда неадекватные политики или Рижская дума совершают такие безумные поступки, это развращает исполнителя. Бывает, Рижская дума дает на выпуск какого-нибудь альбома 10 тысяч при том, что альбом стоит максимум 1,5 тысячи. Вместо того чтобы швыряться деньгами, помогали бы лучше малоимущим. Я считаю, что это просто аморально.
— В своем интервью Комсомольской правде Раймонд Паулс рассказывал, что получает 40 тысяч латов авторских за год и 1 тысячу за участие в концерте. Вы как его директор могли бы прокомментировать эти цифры?
— Паулс не получает и десятой доли того, что получал бы в “нормальной” стране. То, что где-нибудь в латвийской глубинке он может выступить и бесплатно, это абсолютно ясно. Но если он выступает в Москве, то свою цену знает, и никто ему меньше 10 тысяч долларов не предложит. Сейчас мы делаем демо-версии его лучших песен для исполнения артистами уровня Селин Дион. Потом будем рассылать их известнейшим артистам мира с предложением исполнить. Ищем партнеров, в том числе и в Голливуде — чтобы его музыка звучала в кинофильмах. Вот такие большие проекты. Кстати, у нас с Паулсом вышло восемь альбомов и сейчас готовы две новые программы.

Мария НАУМОВА, певица:

— Возможно ли в Латвии заработать музыкой?
— Ну, это смотря что называть деньгами…
— Какие проблемы сегодня в латвийском шоу-бизнесе?
— Проблема одна: шоу-бизнеса у нас на самом деле нет. А нет его по той простой причине, что страна у нас очень маленькая и к тому же она делится на два разных рынка — русский и латышский, а они очень мало пересекаются.
— И тем не менее что-то здесь все-таки происходит. Во имя чего?
— Ну все равно же есть люди, которые поют на языке этой страны, какой-то рынок сбыта все-таки есть. Что касается русских исполнителей, им гораздо сложнее, если они не знают латышского языка. Им приходится бороться или, скажем, конкурировать с широко разрекламированным российским рынком при том, что у нас нет дефицита в концертах и исполнителях этой музыки. Этого здесь очень много, поэтому русским исполнителям действительно крайне сложно.
— Как вы сами оцениваете собственные успехи? Довольны ли вы тем, как складывается творческая жизнь?
— Я вообще довольна своей жизнью. Вне зависимости от того, выиграла я Евровидение, не выиграла… Ведь я занимаюсь тем, что мне по душе. Мне всегда это нравилось, на сцене себя чувствую очень хорошо в любом амплуа. Я, наверное, счастливый человек, потому что зарабатываю деньги тем, что мне нравится. Я прошла путь начиная с самого низа и теперь имею возможность делать такие проекты, какие мне нравятся. Сейчас таким проектом, над которым я серьезно работаю, является студия развития для детей.
— У вас контракт с Baltic Records Group. Почему вы выбрали именно эту компанию?
— Потому что глава компании Арвид Мурниекс был первым человеком из record-бизнеса, который поверил в меня как в меня саму, а не как в приложение к Маэстро, и предложил сотрудничество.

12.10.2004, 09:40


Темы: ,
Написать комментарий