Как оживить «мертвую царевну»

Если проследить манипуляции властей предержащих с латвийской экономикой на протяжении последних 14 лет, невольно напрашиваются аналогии с известными сказками всех времен и народов

Да, была чудо-девушка по имени Латвийская Экономика, занимала лидирующие позиции среди своих сестриц братских республик, жила бы она припеваючи и дальше у своей заботливой матушки, да тут оказия случилась. Матушка скоропостижно скончалась. Сестрицы разбрелись кто куда, в поисках счастья. А на беду нашей красавице да умелице повстречался юный Геракл, представившийся Латом. Малый оказался не по годам бойким и сразу же совершил свой первый героический поступок — уморил зрелую красавицу почти в одночасье… А может быть, усыпил крепким сном? Кому как больше нравится, тот так сегодня и думает.

При сильных современных реанимирующих методах, говорят, есть шанс оживить человека, если очень постараться, но можно и клонировать давно усопшего. Ознакомившись с достижениями научно-технического прогресса, наши государственные мужи решили создать Государственную стратегию развития народного хозяйства. Она-то и призвана стать тем самым царевичем, что оживит “мертвую царевну”, то бишь реанимирует нашу латвийскую экономику. Если в сказках такой вариант возможен, то как же происходит в реальной жизни?

Но вернемся к подвигам Геракла. Может, кто-то уже и не помнит те давние времена. Наши латвийские производители отправляли в начале 90-х свою продукцию в страны СНГ и Россию. Естественно, все сделки велись в рублевом эквиваленте. Возродив лат, его родители посчитали, что крепкому железному парню нужна и достойная его весовая категория. Волевым решением главному финансисту Банка Латвии г-ну Репше в компании с тогдашним руководителем Кабинета министров не менее уважаемым г-ном Годманисом удалось сделать наполнение лата в 10 раз большим, чем содержание российского рубля. Гениальное само по себе решение, когда целью ставятся скоростные индустриальные похороны. Партнеры по экономическим связям, естественно, послали желающих получить вознаграждение в десятикратном объеме за отправленную продукцию туда, куда и следовало ожидать — то есть “за тридевять земель”. Латвийские промышленники оказались в серьезной западне. Выбраться из нее практически никому не удалось. И что же мы видим сегодня? Впрочем, давайте вернемся к реальности и послушаем тех, кому по долгу службы положено участвовать в процессе оживления “мертвой царевны”.

Четкого плана, как действовать, нет

Эрик Розенцвейг, президент Конфедерации малых и средних предприятий Латвии:

- Сегодня мы вынуждены восстанавливать то, что было успешно уничтожено чуть больше десятилетия назад. Латвия была достаточно развитой индустриальной страной в составе одного Союза, а вступила в Евросоюз нищей страной. Как могло так случиться? На фоне недавних событий сегодняшняя попытка реанимации промышленности выглядит фарсом.

Я очень хорошо помню, как все разваливалось. В то время, когда появился лат, продукция на всех предприятиях промышленности уже была произведена и отправлена получателям. Не успели вернуться деньги за нее, как изменился эквивалент валют. Начинается задержка зарплаты на предприятиях, а дальше следуют одна за другой и все остальные проблемы. Период был жуткий. В результате предприятия практически все обанкротились.

Правда, тогда такой процедуры еще не было, но они просто фактически перестали существовать. Люди уволились. ВЭФ — государственная электротехническая фабрика, основанная в 1920 году — во время первой независимой Латвии, флагман промышленности республики за все времена СССР, имел высокий, как сейчас говорят, бренд за рубежом… А это как раз радиотехническая промышленность, о возрождении которой сегодня мечтает наше правительство!

Рижский вагоностроительный завод. Я могу сказать, что когда в 1995 году Биркавс ездил в Киев подписывать договор о свободной торговле с Украиной, у руководителя украинских железных дорог был прямой интерес к продукции нашей “вагонки”. Я тогда был в составе делегации и помню, как он сказал, что произведенные в Латвии электрички “отбегали” у них по три срока без капремонта! Если это не показатель качества, то другого я просто не знаю. “Альфа” работала на оборонку, на космос, и эта продукция была конкурентоспособной не только в СССР, но и на Западе. Предприятие по тем временам было оснащено новейшей технологией и техникой, и оно тоже оказалось не у дел. НИИ радиоизотопного машиностроения тоже похоронили, а это предприятие выпускало совершенно уникальную продукцию. Примеров предприятий, ушедших в небытие, можно приводить до бесконечности долго… Выжили из всех латвийских предприятий единицы, и только благодаря мужеству и суперспособностям их руководителей, устоявшим вопреки всему хаосу.

И что же мы теперь увидели, прочитав Государственную стратегию развития народного хозяйства? Мы просто обалдели. В число приоритетов зачислены машиностроение и металлообработка, деревообработка, рыбное хозяйство, легкая промышленность, радиоэлектроника, микробиология. Исключая “деревянщиков”, у которых и в период кризиса дела шли более-менее нормально, все остальные отрасли в этом списке как раз те, которые мы так благополучно уничтожили. Что это — издевательство, насмешка? Обидно, ведь это все у нас было, а теперь надо строить заново.

Конечно же, правительство насторожила ситуация, когда действующие латвийские предприятия переходят в собственность к иностранцам. Если что-то и появляется, то это филиалы зарубежных представительств. Правительство Эмсиса было поставлено перед ситуацией, когда надо внести ясность в масштабе государства, что развивать, чтобы получить хотя бы какой-то продукт, отражающийся на валовом национальном продукте или на внутреннем национальном продукте, можно назвать как угодно.

Определиться, в каком направлении идти, само по себе хорошо. Но надо еще иметь четкую программу, как экономического расцвета достигнуть. Кроме Государственной стратегии развития народного хозяйства, параллельно в начале этого года была принята и презентована Государственная программа инноваций и переноса новейших технологий. Оба эти документа нельзя отрывать один от другого, потому что мы живем в XXI веке и пользоваться отжившими технологиями нет резона. Если и будет сегодня что-то создаваться, то на основе современных достижений науки и техники, иначе и начинать-то не стоит.

Наша конфедерация эти два документа признала крайне необходимыми, но немного запоздавшими. Все это надо бы делать раньше, когда специалисты еще не потеряли своей квалификации, ведь у ВЭФа, “Радиотехники” и “Альфы” были дочерние предприятия в провинции — в Краславе, Лудзе, Айзкраукле. Значит, там были и живут сейчас профессионально подготовленные люди. Да, они потеряли квалификацию, но восстановить ее легче, чем заново готовить специалистов.

Проблема специалистов важная, но не единственная, чтобы развивать промышленность, нужны производственные площади. Бывшие заводы в запущении, а иные и вовсе перестроены под торговые центры. У нас недостаточно технологических парков, то есть проблема с тем, где размещать новые заводы, тоже существенная. Если предприниматели рискнут начинать такой бизнес, то нужны гарантии под риск, нужна финансовая поддержка, льготная политика в отношении их, и в первую очередь по налогам. Сегодня у нас не так много крупных компаний, значит, поднимать экономику придется малому и среднему предпринимателю. Вот почему наша конфедерация восприняла эти документы так близко к сердцу. При всех положительных моментах, которые мы усмотрели в принятых правительством документах, вопросов перед нами стоит очень много. Слабая позиция этих документов — это отсутствие целенаправленной методологии, последовательного изложения механизма, нет ответа на вопрос, как в реальности это все будет происходить. Не обозначен механизм финансирования риска, а это очень важно при реализации инновационных программ. Нигде в этих документах мы не нашли, как будет восстанавливаться квалификация прежних работников. Решение этого вопроса никак не сочетается с заказами Министерства образования и науки.

Конфедерация не сидит сложа руки, и мы информировали Кабинет министров о своем мнении по поводу этих двух документов, предложили разработать и довести до малых и средних предприятий конкретный план реализации этих программ. Если Минэкономики или правительство будет создавать рабочую группу, мы хотим, чтобы наши представители в нее вошли.

Есть две модели. Какую выберем?

Райта Карните, директор Института экономики Академии наук Латвии:

- Сегодня нельзя сказать, что Латвия неразвитая в экономическом плане страна. В классификации по этому признаку мы находимся где-то посередине. А стать еще более развитой у нас есть очень большие возможности. Уже вырисовывается движение наверх. Правда, я не могу сказать, до какого уровня мы дойдем и какими же мы в конечном итоге будем. Но в том, что наша страна будет еще более развитой экономически, я не сомневаюсь. Другое дело, кто от этого развития выиграет и что останется людям, живущим в Латвии. Есть у нас в институте ученый — г-н Гулянс, создатель теории о двух Латвиях. И она, на мой взгляд, очень правильная, к ней стоит прислушаться. По этой теории есть “Латвия экономическая” и есть “Латвия социальная”. Первая модель характеризуется экономическими показателями — валовым доходом. В этом отношении у нас большой прирост, и у меня нет сомнений, что все и дальше будет развиваться в поступательном направлении. Вторая модель, по теории Гулянса, — социальная Латвия. Это Латвия для ее жителей. Для развития страны в социальном плане важно существование национального продукта. Если в стране преобладают зарубежные инвестиции и их использование никто не контролирует, то обычно они работают в стиле хищника.

Это случилось во многих странах, в том числе и в Ирландии, которую мы всегда приводим в пример. Иностранные инвесторы, пользуясь теми привилегиями, которые даются естественным путем или предоставляются правительством, берут из страны все возможное в виде дохода и выводят его за пределы государства. Налоги, конечно, остаются в стране, но это самое малое, что могло бы остаться от ведения бизнеса. Надеяться только на налоговый доход — это самое минимальное, что вообще можно получить от зарубежных инвестиций. В прогрессе первой Латвии — экономической — у меня нет сомнений, а вот чтобы создать крепкое социальное государство, нужна более умная политика.

Важно, кому принадлежит валовой доход — резидентам или нерезидентам. Резиденты — это те, которые свои деньги используют здесь, нерезиденты — уносят с собой.

Все зависит от целей, которые ставит правительство страны. Если мы хотим, чтобы наши цифры были красивыми, тогда мы развиваем первую модель, мы имеем высокий валовой доход и мы довольны, тогда и делать ничего не надо. Из этого состояния тоже можно извлечь большие выгоды — повышаются зарплаты, используется недостающий потенциал, науки, например, производственных мощностей, менеджерских навыков и т. д. На базе всего этого можно потом строить свою национальную экономику. Если мы используем такую концепцию, тогда национальная экономика к нам приблизится гораздо позже. Если же мы хотим быстрее развивать национальную экономику, то стоило бы, по крайней мере, анализировать притоки зарубежных инвестиций и их влияние на экономику. У нас это не делается. Я лично думаю, что внедрение зарубежного капитала в нашу экономику можно и нужно регулировать, надо приспосабливать инвесторов к нашим интересам. В нашем правительстве такое мнение отвергают, не нравится оно и международным консультантам. Впрочем, это и понятно — не в их интересах такое положение дел. А наше правительство слушает, раскрыв рты, зарубежных советчиков. А если кто-то предлагает иные варианты, то ему тут же приписывается клеймо “экономиста-социалиста”. Если мы отдадим экономику на откуп иностранным инвесторам бесконтрольно, то нас ожидают большие различия между национальным доходом и валовым. Национальный остается нам самим, а часть валового уходит за пределы страны. В оптимальном случае они должны быть согласованы. Или примерно одинаковы. Я бы предложила хотя бы наблюдать, что в этой сфере делается. И влиять на этот процесс надо экономическими методами, а не административными или запрещающими законами.

Работать, работать и работать… И все получится

Игорь Марков, директор ООО MERS ART (производство керамики):

- Я настроен оптимистично. Считаю, что если человек имеет большое желание работать, то ему по силам поставить свое дело так, чтобы оно развивалось, решить все возникающие на его пути проблемы. Да, малым предприятиям живется несладко, но сегодня есть реальные механизмы для осуществления любых производственных проектов. Можно взять, например, кредит. Если не получается добиться финансирования из европейских фондов, то тоже не стоит печалиться. Мне, например, для развития своей фирмы нужно было бы решить вопросы покупки собственных производственных площадей, поскольку за аренду мы платим немалые деньги. Но пока влезать в кредиты не хочу, на сей счет у меня своя философия.

Хотелось бы, чтобы большие розничные сети к местному производителю были более благожелательны. Сегодня сеть магазинов Т-market, например, поставила такие условия — 10% от суммы реализации моей керамики я должен положить в их карман. У меня другого выхода нет, собственного фирменного магазина я не имею, значит, должен согласиться на их условия. Надеюсь, что и эти вопросы со временем как-то утрясутся. Но унывать никому не советую. Надо работать, и все тогда получится.

06.10.2004, 11:43

MK Латвия


Темы: ,
Написать комментарий