Дмитрий Орлов: «С огромным удовольствием потребляю жизнь!»

10 марта на сцене даугавпилсского Дворца культура с успехом прошел спектакль «Двое в лифте, не считая текилы (или Жена на двоих)».

Буквально за час до него в гримерке, в приятной и очень откровенной беседе «Наш город.» пообщался с известным актером Дмитрием Орловым.

- Вы будете играть спектакль «Двое в лифте», который, судя по афише, гарантирует море юмора. А что такое, на Ваш взгляд, настоящий и качественный юмор?

- Вы знаете, это страшный вопрос. В юности я прочитал как-то толстую, страниц 400, книжку – называлась она «Смеховое начало на Руси». Более скучной книги я не читал…

Юмор – это нечто неуловимое, существующее в определенное мгновение. Я, на мой взгляд, обладаю достаточным чувством юмора и понимаю, как это работает на сцене: что я должен сделать, как должен сказать и куда посмотреть, чтобы зрителю было смешно.

- Есть же люди, у которых чувство юмора отсутствует – как быть с ними, как к ним относиться?

- Никак. Лично я не могу дружить с женщиной, у которой нет чувства юмора. Мне было бы трудно во время гастролей проводить время в машинах с коллегами, если бы это чувство у них напрочь отсутствовало. И мы бы не могли друг друга веселить, что-то или кого-то разыгрывать и так далее. Это важная черта в человеке. Юмор – это хороший взгляд на окружающие вещи (если мы говорим не о черном юморе, а о юморе вообще). И природой это придумано для выживания. Это защитный механизм для человека – когда ты можешь над собой посмеяться, вместо того, чтобы гневаться. Не слишком мудреный ответ на вопрос о юморе? (хохочет в голос).

- Вы перешагнули определенный возрастной рубеж. Прошли ли Вы через так называемый кризис среднего возраста?

- Если я скажу, что у меня был кризис среднего возраста, то я могу быть понят неправильно. И давайте я не буду говорить, что такое классическое описание кризиса среднего возраста у мужчин. Скажу лишь, что с возрастом я ощутил ограниченность времени, которое мне еще предстоит в здравом уме, трезвой памяти и хорошей физической форме. Я почувствовал свой рубеж и понял, что я не бессмертный. И как-то понял…

- ...что время стало лететь быстрее?

- Нет, совершенно наоборот – время для меня замедлилось. Я начал с огромным удовольствием потреблять жизнь. Кризис человеку для чего? У него есть своя система ценностей, которая к определенному возрасту себя вырабатывает, исчерпывает. И человек остается с внутренней пустотой или даже внутри этой пустоты. А ему нужно как-то дальше жить. Придумать, на что опираться.

Для меня это переживание действительности, отрицание будущего как формы времени. Прошлое – это воспоминания, и есть только вот эта минута: она идет-идет-идет – и я стараюсь ее прочувствовать в полной мере, наслаждаться мигом здесь и сейчас. Это мое кредо, то, что пришло в жизнь после переоценки ценностей.

- Пара отзывов из интернета про Вас (с сайта kino-teatr.ru): «Он настоящий мужик! Очень удаются роли положительных героев»; «Такой большой, надежный, справедливый… Защитник. Веришь такому безоговорочно!».

А какими качествами, по Вашему мнению, в действительности должен обладать «настоящий мужик»?

- Давайте я на этот раз вам смешно отвечу. Однажды я пришел на пробы, а там режиссер – вертлявый паренек. И он говорит мне (Орлов меняет голос на бархатистый – прим. А. К.): «Понимаете, Ваш герой – альфа-самец. Он альфа! Альфа-самец! Покажите мне альфа-самца!».

Я говорю – ну, хорошо. И изобразил ему очень нервного, даже неврастеничного человека, глубоко неуверенного в себе. Режиссер растерялся – как это так? А я объясняю: поймите, у моего героя 40-50 половых актов в день, и у него одна забота – чтобы его стаю не осеменил кто-то другой. И это настоящий альфа-самец.

Я не считаю, что мужчина должен быть каким-то брутальным… Вот, например, Андрей Дмитриевич Сахаров, академик Лихачев – разве это не настоящие мужчины?

- Настоящие!

- Поэтому у мужчины должен быть какой-то внутренний стержень, способность правдиво относиться к себе. И я не думаю, что настоящий мужик – это надежный комок мышц, который при надобности может кому-то дать в рожу. К сожалению, сейчас для большинства людей наступила такая жизнь, в которой нет стабильности, уверенности в завтрашнем дне. И женщины нуждаются в крепких мужских тылах. Мужчина для них – добытчик, охранник. Но это не главное ведь. И женщина придумана природой как более выживающее существо. Женщина гораздо лучше приспосабливается.

Вы ведь знаете, сколько сейчас вдов, особенно у поколения моего отца, который жил в 90-е. Многие мужчины тогда умирали от инфаркта, будучи просто не в состоянии справиться с тяжелой ситуацией. А их вдовы живут до сих пор, воспитывают их детей.

- Была или есть ли у Вас роль мечты? Кого хотелось бы сыграть в кино или на сцене театра, но все никак не выходило?

- Я думаю, что в наше время нормальные артисты не мечтают об определенной роли. Важен сам материал, который ты будешь играть. Конечно же, важен режиссер. А третья составляющая – это партнеры по игре на сцене или на съемочной площадке. И, конечно же, мечтаешь об умном, талантливом и остроумном, глубоком режиссере, о высоко образованных партнерах, которые будут относиться к съемочному процессу или игре так же, как ты. А роль – все равно, что это будет. Вы же понимаете, что лучше в прекрасной компании величественных артистов выходить и говорить «Кушать подано!», чем среди каких-то бездарей играть главную роль.

- А сериалы – это просто способ заработать деньги? Нужно ли зрителю прививать вкус к хорошему и качественному кино?

- Это от нас, актеров, не зависит, мы не можем зрителю прививать вкус. Мы получаем роль, а дальше – насколько профессионально ты будешь оснащен, насколько ты честно относишься к работе… Только ты сам создаешь сцену или кадр. А что потом из этого смонтируют, как это снимут, в какой момент это покажут... От меня и партнеров по кадру это уже не зависит.

Каждый раз – сериал это или художественный фильм – я просто прихожу на съемочную площадку и максимально выкладываюсь. Честно и профессионально делаю то, что я должен делать. Я не отвечаю за качество контента, а отвечаю за качество кадра, в котором я присутствую. Бывает страшные вещи: из 5 дублей выбирают почему-то самый плохой. В этом смысле артисты беспомощны и беззащитны.

Блиц с Дмитрием Орловым

В конце беседы «Наш город.» задал актеру 5 вопросов, где предлагалось выбрать что-то одно. И при желании пояснить свой выбор.

- Кино или театр?

- И то, и то!

- Кофе или чай?

- Кофе.

- Сова или жаворонок?

- Это во мне совмещается. Представьте: у вас самолет в 4 утра или нужно играть в 7 часов по местному времени. А по вашему времени, где вы живете, это еще утро. При моей профессии я не могу себе позволить быть конкретно совой или жаворонком. Если сова спит с утра, а охотник приходит и стреляет в нее – она, конечно, просыпается. И улетает, как бы неудобно ей при этом ни было.

- Шерлок Холмс или доктор Ватсон?

- (после выдержанной паузы) Мориарти!

- Футбол или хоккей?

- А тут, к сожалению, и не то, и не то… У меня серьезно травмировано колено, и Вы меня просто раните этим вопросом. И даже не болельщик. Да не обидятся на меня мужчины!

- Спасибо за беседу и творческих Вам успехов!

P.S. Интервью с коллегой и партнером Д. Орлова – Денисом Матросовым – смотрите во вторник, 21 марта, в очередном выпуске передаче «Наши в городе» на канале Youtube tv.gorod.lv.

19 марта, 05:05

Андрей Кудирка, Gorod.lv


Написать комментарий