если ко мне незнакомый человек внезапно обращается , то у меня автоматически возникают одно желание: ответить на его просьбу на ему понятном языке ( латышском, английском, эсперанто или жестов)
и не возникают три вопроса :
1) этот человек — турист из Китая или Саема?
2) Это местный житель, который все еще думает, что Латвия – страна националистов?
3) Это местный житель, который живет тут, вырос, трудился , старел бок о бок с русскими и белорусами, но вдруг считает необходимым забыть русский язык? Для латыша чаще всего это означает яркое проявление неуважения.
если ко мне незнакомый человек внезапно обращается , то у меня автоматически возникают
одно желание: ответить на его просьбу на ему понятном языке ( латышском, английском, эсперанто или жестов)
и не возникают три вопроса :
1) этот человек — турист из Китая или Саема?
2) Это местный житель, который все еще думает, что Латвия – страна националистов?
3) Это местный житель, который живет тут, вырос, трудился , старел бок о бок с русскими и белорусами, но вдруг считает необходимым забыть русский язык? Для латыша чаще всего это означает яркое проявление неуважения.