Голоден стыд. Сыт азарт. Динамит да фитиль вам в зад! Сырые спички рядятся в черный дым. Через час - бардак. Через два - бедлам. На рассвете храм разлетится в хлам. Но мы не носим часы. Мы не хотим умирать И поэтому даже не спим.
А когда не хватает сил, Воруем сахар с чужих могил. И в кровь с кипятком Выжимаем лимон греха. И дырявые ведра Заводят песни О святой воде и своих болезнях. Но - слава Богу! - все это исчезнет С первым криком петуха.
Дым. Дым коромыслом! Дым над нами повис. Лампада погасла. И в лужице масла плавает птичий пух. Дым. Дым коромыслом! Дым. Дым коромыслом! Дай Бог нам понять все, что споет петух.
В новостройках - ящиках стеклотары Задыхаемся от угара Под вой патрульных сирен в трубе, В танце синих углей. Кто там - ангелы или призраки? Мы берем еду из любой руки. Мы не можем идти, Потому что дерьмо После этой еды, как клей.
Дым. Дым коромыслом! Дым. Дым коромыслом! Музыкант по-прежнему слеп, снайпер все так же глух. Дым. Дым коромыслом! Дым. Дым коромыслом! Дай Бог нам понять все, что споет петух.
Ох, безрыбье в речушке, которую кот наплакал! Сегодня любая лягушка становится раком И, сунув два пальца в рот, Свистит на Лысой горе. Сорви паутину ! Здесь что-то нечисто! Но штыками в спину - колючие числа. И рев моторов в буксующем календаре. И дым. Дым коромыслом. Дым коромыслом. Дым.
В этом вороватом городе всё не слава Богу !
Голоден стыд. Сыт азарт.
Динамит да фитиль вам в зад!
Сырые спички рядятся в черный дым.
Через час - бардак. Через два - бедлам.
На рассвете храм разлетится в хлам.
Но мы не носим часы.
Мы не хотим умирать
И поэтому даже не спим.
А когда не хватает сил,
Воруем сахар с чужих могил.
И в кровь с кипятком
Выжимаем лимон греха.
И дырявые ведра
Заводят песни
О святой воде и своих болезнях.
Но - слава Богу! - все это исчезнет
С первым криком петуха.
Дым. Дым коромыслом!
Дым над нами повис.
Лампада погасла.
И в лужице масла
плавает птичий пух.
Дым. Дым коромыслом!
Дым. Дым коромыслом!
Дай Бог нам понять
все, что споет петух.
В новостройках - ящиках стеклотары
Задыхаемся от угара
Под вой патрульных сирен в трубе,
В танце синих углей.
Кто там - ангелы или призраки?
Мы берем еду из любой руки.
Мы не можем идти,
Потому что дерьмо
После этой еды, как клей.
Дым. Дым коромыслом!
Дым. Дым коромыслом!
Музыкант по-прежнему слеп,
снайпер все так же глух.
Дым. Дым коромыслом!
Дым. Дым коромыслом!
Дай Бог нам понять
все, что споет петух.
Ох, безрыбье в речушке, которую кот наплакал!
Сегодня любая лягушка становится раком
И, сунув два пальца в рот,
Свистит на Лысой горе.
Сорви паутину ! Здесь что-то нечисто!
Но штыками в спину - колючие числа.
И рев моторов в буксующем календаре.
И дым. Дым коромыслом.
Дым коромыслом.
Дым.