Первый памятник

Этот год в Латвии как никогда раньше богат на действенную заботу о памятниках героям Второй мировой войны. Люди, благодаря участию России, словно проснулись от затяжного летаргического сна. Вот и 11 июля в сквере Резекне, где высится храм Рождества Богородицы, при массовом стечении народа город торжественно принимал отреставрированный комплекс захоронений бойцов Красной Армии, погибших при освобождении Латгалии.

Одновременно произошло еще одно знаменательное событие – здесь же ветераны-афганцы открыли первый на территории Латгалии памятный камень (вес камня почти 20 тонн) – дань погибшим в войне, с начала которой минуло почти 30, а с момента вывода афганского контингента 20 лет. Памятники двух войн, находясь сегодня по соседству, безмолвно напоминают о суровых уроках истории XX века. Может, когда-нибудь она научит…

Резекненская городская дума выделила на ремонт обелиска и работы по основательному благоустройству прилегающей к нему территории 7189 латов. Такой же вклад был сделан со стороны России. Еще 2746 латов поступило из бюджета Управления городского хозяйства Резекне. На памятный камень афганцам местные предприниматели пожертвовали 3000 латов. Работы по его установке оплатила Резекненская дума. Вот так всем миром и собрали на память о былом.

ВОЙНА В АФГАНИСТАНЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ

На митинг, посвященный открытию обоих памятников, прибыли генеральные консулы России и Беларуси, мэры латгальских городов, представители общественных организаций ветеранов Второй мировой войны и Афганской войны (1979–1989).  Александр Барташевич, председатель Резекненской городской думы, выразил благодарность российской стороне за существенную заботу по реконструкции обелиска “Вечная слава”. “Многие резекненцы сложили головы во время Второй мировой войны, – сказал Барташевич. – Что касается Афганской войны, то я тогда служил в армии – на моих глазах формировались полки для отправления в Афганистан. Эта война ассоциируется не только с памятью о тех, кто погиб, она предостерегает политиков, от чьих решений в результате зависит, быть войнам или нет”. Генеральный консул РФ  Николай Вихляев сделал акцент на том, что “единственный в Латгалии памятный камень об Афганской войне будто перенимает эстафету у отцов и дедов, освобождавших этот город в 1944-м. Здесь лежат 7 командиров и солдат Красной Армии, которым очень хотелось жить. Работа по реставрации обелиска и благоустройству территории в резекненском сквере осуществлена на отлично. Прекрасный символ несломленного духа и боевого братства появился и у афганцев – воплотилась в жизнь давняя идея о памятнике. Более 600 человек из Латгалии побывали в афганском пекле, 50 из них погибли, выполняя интернациональный долг”.

Генеральный консул Республики Беларусь Геннадий Ахрамович напомнил, что “сквозь Афганистан за 10 лет прошло более одного миллиона наших людей. Более 15 тысяч солдат не вернулись домой живыми. О 65 тысячах раненых и искалеченных войной жизнях долгое время стыдливо замалчивалось, в печати появлялись тенденциозные материалы. А ведь по сути Афганская война явилась первой крупной контртеррористической операцией. К людям, воевавшим в Афганистане, следует относиться с большим уважением”.

Война в Афганистане не кончается. Вслед за моджахедами пришли талибы. Сегодня свою “интернациональную миссию” выполняют и американцы, которые когда-то громче всех критиковали СССР за вмешательство в дела соседнего государства. Командир 3-го взвода по нейтрализации взрывных устройств (Земессардзе) Илмарс Апенс, побывавший в Афганистане дважды (в советское и постсоветское время), произнес простые слова о том, что солдат есть солдат. Его долг при любой власти вставать на защиту своей страны, подчиняясь приказу. Осуждать человека, давшего присягу, аморально.

“ТЯЖЕЛО ЗАБОЛЕЛ И УМЕР…”

Председатель Краславского отделения ветеранов Афганской войны Айвар Арницанс уточнил, что в Афганистане рисковали своими жизнями 3612 солдат из Латвии. Из них не вернулись – 59, стали инвалидами – 42, один человек до сих пор числится в списке без вести пропавших. В одном из недавних интервью президент Латвии В. Затлерс отметил, что гибель латвийских солдат в Афганистане не должна повлиять на исполнение обязанностей в ходе международной миссии. “Латвия выбрала функцию коллективной безопасности. Сама она, по словам президента, никогда не сможет обеспечить свою безопасность”.

Любовь Шкирманте, председатель общества ветеранов в Резекне, провела параллель между ветеранами двух войн: “Мы, ветераны Великой Отечественной, восхищаемся подвигом, который совершили советские воины в Афганистане. Поклон вам за любовь к Родине. Такое же чувство питало и нас в годы войны с фашистами”. Тем не менее ветеранам-афганцам приходится сражаться за свои социальные права и в мирное время, о чем с горечью упомянул председатель Латвийской ассоциации ветеранов войны в Афганистане Аду Адуев. На митинге присутствовали родители тех, кто сложил на земле Афганистана свои юные головы. Мать одного из них – даугавпилчанка Евгения Крапане – никогда не забудет, как получила 31 декабря 1983 года своего сына Владимира в цинковом гробу, даже “окошко” в нем было замазано. Видно, лучше матери было не знать, в каком состоянии находилось тело ее 18-летнего мальчика. Похоронили Володю на Братском кладбище. В похоронке значилось: “Тяжело заболел и умер”… Стоявшая рядом с ней женщина рассказала о своем горе. Ее сын – старший лейтенант Рашид Эрханов – окончил Кировское военное вертолетное училище. После окончания успел пожить да послужить пару лет в Грузии, а потом по приказу был направлен в Афган, где при выполнении боевой операции его вертолет был подбит. Погиб весь экипаж. 26-летний Р. Эрханов был награжден орденом Красной Звезды посмертно…

“Биографии наши в полдюжины
строк социологи втиснут,
Сейчас они в моде.
Только разве подвластен
науке восток?
Мы уходим, с востока,
уходим…”

В пыли бэтээров, рвущем душу свисте пуль, в кровавых ранах рождалась солдатская мудрость молодых ребят, принимались “суровые гвардейские законы” дружбы, верности, мужества. И комом застревала в горле обида:

“Прощайте, горы, вам видней,
Кем были мы в краю далеком,
Пускай не судит однобоко
Нас кабинетный грамотей”.

Кассеты с первыми песнями, записанными в афганских палатках на примитивных магнитофонах под аккомпанемент расстроенных войной гитар, невозможно было провезти в Союз. На таможне их безжалостно размагничивали или попросту отбирали – в песнях содержалась неугодная власти правда о войне. Чего стоит хотя бы тот факт, что бронежилеты (Ж-81), которыми снабжали наших солдатиков в первые 5 лет, защищали от осколков и пистолетных пуль весьма избирательно – противостоять пулям длинноствольного стрелкового оружия они не могли. Пули патрона 7,62х39 пробивали такую защиту уже на дистанции 400–600 метров. Только в 1985 году появилась жилетная бронь, не пропускающая пули стрелкового оружия на реальных дальностях ведения общевойскового боя. Война всегда чему-то учит, но если бы она не учила убивать…

БОЛЕЕ 200 БОЕВЫХ ВЫЛЕТОВ

Валерию Карпову, врачу, служившему в Кабуле, в приемно-сортировочном взводе, кровавая война снится до сих пор. Он сортировал раненых, среди которых были тяжелые, могли умереть прямо на глазах, не дожив до отправки в госпиталь.

Игорь Иванов до службы в Афганистане работал ветеринаром. В Афгане попал в разведроту. В памяти с той поры осталось многое, и среди прочего – совсем простой, но почему-то незабываемый случай, когда пропахший гарью войны, он случайно оказался в коровнике, недалеко от Кабула. В нос резко ударил запах свежего навоза, головокружительно напомнивший о мирной, оставшейся где-то далеко жизни. Родиной запахло! Постоял, опьяненный, погладил теплый коровий бок и медленно вышел. В ушах еще долго звучало “музыкой” протяжное “му-у-у”. Эх, домой бы сейчас со всеми вытекающими отсюда обстоятельствами! Но мечты быстро уступили место пулеметным очередям – за той дверью война продолжалась.

Франц Ковальский, руководитель Резекненского отделения ветеранов Афганской войны, идею памятника ветеранам в Резекне вынашивал очень долго. Это его личный проект. На одной из памятных мраморных плит, которые держит огромный валун, символично указана принадлежность погибших к различным религиозным конфессиям. Католики, православные, мусульмане – всего 16 человек из Латгалии, чьи имена значатся здесь же, награждены посмертно орденами Красной Звезды и медалями “За боевые заслуги”. По военной профессии Франц – вертолетчик, ему довелось служить два года в самом афганском пекле – в Кандагаре. Летал на МИ-8. Операция за операцией. Самая длинная – “Ислам-гора” – не прекращалась в течение двух месяцев (1985). Тогда погиб командир вертолетного полка Филюшин, настоящий друг. Всего за Ф. Ковальским числится более 200 боевых вылетов – это слишком много, чтобы остаться в живых. Получается – счастливчик!

Кстати, памятный камень вместе с ветераном-афганцем Александром Цейцансом открывала 9-летняя внучка Франца – Кристина.

Надо признаться, что о бальных танцах она знает гораздо больше, чем о боевых заслугах своего геройского деда, но и в настоящем его есть за что любить. А подрастет – дедушка Франц, возглавлявший в течение 16 лет (1991–2007) Латгальский военкомат, о многом ей расскажет, только бы захотела слушать…

Жанна ЧАЙКИНА

16.07.2009, 13:02

"Сейчас"


Написать комментарий