Транзитная фикция

Занимаясь увлекательной работой — создавая в 1992 году государственные приоритеты для недавно восстановленной Латвийской Республики, новое и еще зеленое правительство Народного фронта сформулировало новый приоритет государственного развития нового государства — транзит.

Транзит российских товаров и сырья на Запад, в Европу. С тех пор Латвия — транзитная страна. Это было правильное решение в тех условиях. Уже начала рушиться высокоразвитая промышленность ЛССР. И новый, только что введенный дорогой латвийский рубль очень хорошо подходил для этого — чем он дороже, тем больше заработаем на транзите.

Латвия не обладает существенными ресурсами каких–то полезных ископаемых, эксплуатируя которые она могла бы строить свое благосостояние. Природа дала ей только лес и морской берег — выход к морю — порты. Поэтому отправка и получение грузов по морю всегда играли существенную роль в местной хозяйственной жизни.

Порт в Риге появился одновременно с самой Ригой, 800 лет назад. И уже первый магистр Ливонского ордена занимался транзитом. Но реальное развитие его началось с Петра I, когда Прибалтика была присоединена к Российской империи и через Ригу пошли грузы огромной империи.

Уникальное положение Вентспилса как единственного нефтеэкспортного порта на Западе создало великолепные стартовые условия для Латвийской Республики. Латвия получила фактически конечный кран от гигантской системы нефтепроводов России, через который наполнялись танкеры, увозившие нефть на экспорт. Вся огромная система нефтепроводов “Транснефть” попала в зависимость от совершенно незначительной латвийской нефтебазы, построенной в советское время. Нефтебаза получила звучное название “Вентспилс нафта” и встала в один ряд с огромными нефтяными компаниями России, которые через нее качали нефть на Запад, а она с них гребла деньги лопатой.

В результате в 90–х годах прошлого века Вентспилс превратился в крупнейший порт на всем восточном побережье Балтийского моря, его товарооборот составил 40% всего товарооборота портов Балтики. Через него шло в 2,5 раза больше грузов, чем через Санкт–Петербург, в 1,5 раза больше, чем через Таллин. Владельцы терминалов в Вентспилсе не бедствовали. Это был самый дорогой порт, его тарифы в 1,5–2,5 раза превышали тарифы других портов. Прибыль достигала 40–45%, выше бывает только у торговли наркотиками.

Но жадность фраера сгубила. Россияне подсчитали, что за те деньги, которые они платят за перевалку нефти в Вентспилсе, за два года можно построить свой порт, что и сделали: так появились два новых порта в Ленинградской области — в Приморске и Усть–Луге.

Кроме новых российских портов, и наши соседи–конкуренты в Литве, Эстонии, Финляндии подсуетились тоже — их цены на портовые услуги на 25–80% ниже латвийских. Сманили соседи россиян низкими ценами и уважительным отношением к денежным партнерам.

А мы всегда следили, чтобы эти странные российские ребята, которые любят воблу, хотя и ворочают миллиардами, не зазнавались. Первую декларацию с требованием признать договор 1920 года и вернуть Пыталово и еще какую–то станцию мы приняли через три месяца, как только решили, что будем зарабатывать на российском транзите. По нашим понятиям, одно другому мешать не может. У нас такие принципы, и их все должны уважать. Просто мы очень маленькие и очень несчастные, пускай все перед нами извиняются, что нечаянно толкнули.

А в России тем временем начался подъем производства, в результате значительно прирос экспорт нефти, стали, угля, алюминия, удобрений — всего. И очень значительно. Пока мы освежали свои декларации, наши ближайшие соседи и конкуренты благодаря своей умелой политике и стимулирующим тарифам увели этот прирост к себе и существенно увеличили загрузку своих портов. Вот прирост, который захватили себе соседи и увеличили свой грузооборот российских товаров: Литва — на 8 миллионов тонн, Эстония — на 18 миллионов тонн, Финляндия — на 23 миллиона тонн.

Латвия тоже увеличила свой грузооборот на 4 миллиона тонн, но из них только 2 миллиона российских, а 2 миллиона — за счет увеличения собственного лесоповала, это лес. Весь российский прирост экспортных грузов прошел мимо нас. Нам от него досталось всего 4%. 96% ушло к соседям. Понимаете теперь, что Латвия — не Финляндия.

Но мы не печалимся. Мы России объявили “холодную войну”. Вместо стимулирования грузопотока транзитной страны мы написали себе “новую” историю и требуем извинений от Путина. А что, некоторые на этом хорошо зарабатывают, транзит им до лампочки. 96% прироста грузопотока, прошедшего мимо нас, — вот цена нашей постоянной войны с Россией.

Ситуация совершенно парадоксальная: мы объявили себя транзитной страной — мостом из России на Запад, но постоянно ожесточенно ведем политическую войну с источником этого транзита. Результатом этой войны стало сокращение доли транзита в общем объеме нашего ВВП с 10,2 до 6,4% — на 40%. Это меньше, чем нам дает продажа нашей недвижимости. А это снижение в сегодняшних ценах составляет потерю 240 миллионов латов в год. За эти деньги каждому пенсионеру можно увеличить пенсию на 40 латов в месяц.

Война не бывает без потерь. А доля нашего крупнейшего порта Вентспилса в балтийском грузообороте сократилась с 40 до 14% — в 3 раза, а по грузообороту он теперь уже не на 1–м месте, а на 5–м, Рига и Лиепая — еще дальше. Латвия из лидеров в транзите переместилась на последнее место. Впереди нее уже и Петербург, и Приморск, и Таллин, и Клайпеда с Бутинге, не говоря уже о Финляндии. И если раньше Вентспилс грузил больше Петербурга в 2,5 раза, то теперь наоборот — Петербург грузит в два раза больше Вентспилса. Вот результаты нашей “священной” войны с Россией и наших внутренних войн между партиями в наших мелькающих, как телеграфные столбы, правительствах за возможность “порулить” портами, самым большим нашим природным благом — нашим расположением у моря, не принимая при этом никаких мер для их развития и победы над конкурентами. А конкуренты оказались гораздо умнее нас. Что делать, Господь распределяет мозги крайне неравномерно. Что нас ждет в будущем?

Наше будущее в деле транзита, который мы объявили нашим государственным приоритетом в народном хозяйстве, весьма печально. В Приморске в этом году заканчивается строительство третьей очереди — это повысит его производительность еще на 30%. И уведет туда еще 20 миллионов тонн.

Еще Россия строит экспортный трубопровод на Север — в Мурманск и Архангельск, чтобы не пользоваться мелкими проливами на Балтике, не проходимыми для крупных танкеров, а вести нефть прямо через Атлантику в США, которые становятся главными покупателями ее. Эта нефть тоже пойдет мимо нас.

А “Газпром” ведет подготовку строительства газопровода по дну Балтийского моря, из Петербурга мимо Эстонии и Латвии. Никому неохота возиться с мелкими скандалистами.

А как же наша “транзитная” страна? А плевать на транзит — станем “страной исторических деклараций”. Некоторые на этом хорошо заработают.

17.02.2005, 11:54

"Вести сегодня"


Написать комментарий