Возвращение из ада

Граждан Латвии, пострадавших в Таиланде от цунами, спасла Россия

В воскресенье утром мы встречали поезд из Москвы, который доставил мою дочь Юлю и ее друга Влада в Ригу. Что и говорить — рыдали все от счастья. Все эти дни с 26 декабря до 2 января я ни на минуту не позволяла себе расслабиться. Хотя врать не буду — ужасно хотелось упасть на колени и просто раскачиваться из стороны в сторону. Но что от этого толку? Надо было вытаскивать их из ада, каковым обернулся знаменитый курорт Пхукет в Таиланде…
А то, что это был ад, стало ясно из первых же телевизионных репортажей. Впрочем, лучше пусть об этом рассказывают сами свидетели и непосредственные участники трагедии Юля и Влад.

Опасная фотосъемка

— В восемь утра в отеле мы почувствовали вибрацию. Потом пошли на завтрак. Родители Влада (с которыми мы отдыхали вместе) никакого землетрясения не чувствовали. Папа вообще отмахнулся: что вы, мол, за ерунду говорите, какое здесь может быть землетрясение?.. Пошли все вместе на пляж. Уселись загорать на берегу. Народу было еще не очень много. Обратили внимание на какую-то собаку, которая забилась под соседний шезлонг и начала скулить и закапываться в песок. Решили, что собачка так от жары хочет спрятаться. Но тут вода в море начала отходить от берега, да так далеко, что все лодочки и скутеры остались на песке. Мы подошли поближе посмотреть, что происходит.
Юля взяла цифровую камеру, установила режим макросъемки и начала снимать крабов и рыб, лежащих на мокром песке… Папа Влада, Владимир Кулешов, тоже фотографировал необычное явление природы. И только мама — Дина Кулешова стояла у тротуара и говорила, что лучше на всякий случай отойти подальше. Потом вода начала возвращаться.
— Мы смотрели на тайцев, но они вели себя спокойно. Поэтому мы решили, что это здесь обычное явление, может быть, просто такой большой прилив. Тайцы пытались убрать шезлонги, зонтики, но те уже начали покрываться водой. Мы это все сфотографировали… Но когда вода дошла до тротуара, мы тоже побежали.
Впереди бежала мама, за ней Юля, потом Влад, за ним папа.
В панике уже неслись все — люди, машины, тук-туки. Туки-туки — это такие моторизованные повозки, одна из них чуть не сбила Юлю с ног. Мама Влада повернула в сторону ближайшего отеля, а ребята побежали дальше и родителей уже не видели.
У них за спиной переворачивались машины, и вода была уже в двух шагах…

Спасение на башне

— Мы добежали до какой-то водонапорной башни метров 30-40 высотой и забрались по отвесной пожарной лестнице наверх — на площадку. Там уже стояли двое австрийцев лет пятидесяти, муж и жена. Женщина все время плакала, а муж пытался всех подбодрить и говорил: “Вот, ребята, когда-нибудь своим внукам будете рассказывать, какое у вас было экстремальное Рождество”. Ради внуков, конечно, надо было бороться за свое спасение. Правда, тогда мы еще не понимали, насколько это все страшно… С высоты вышки было видно, что вода прибывает с большой скоростью. Влад рвался вернуться назад — искать родителей, помогать раненым людям. Мы уже спустились вниз, но стоящие у башни тайцы, сказали, что пошла еще одна волна. Кстати, сами тайцы не умеют плавать и боятся высоты. Они стояли рядом с башней и плакали, но никто из них не рискнул подняться наверх. Остальные забрались в какой-то одноэтажный корпус, закрыли все окна и двери и там пережидали наводнение…
— Когда вода начала уходить, мы пошли в отель искать родителей. Были уверены, что папа, как бывший моряк, наверняка знает, что нужно делать в подобных случаях, и у них все должно быть благополучно. Но в отеле мы нашли только маму, она пребывала в полной панике, у нее были порезаны ноги. Она рассказала, что ее подхватило течением, она успела руками схватиться за дверь отеля, но сама была вся в воде. Потом ей кто-то помог подняться на второй этаж. Кстати, все работники отеля сбежали первыми. Мама, доставая руками осколки из ног, рассказывала, что прямо рядом с ней проплывали трупы…

Пропал отец

Все говорили, что ожидается вторая волна и надо уезжать в горы. Женщин, детей и нескольких мужчин, которые хотели уехать, повезли на автобусе. Влад пошел искать отца, но его нигде не было.
— Потом мы уже узнали, что случилось с отцом. Его подхватило сильным течением и понесло в бар, там вода его крутила, на него падали какие-то ящики, мебель, чем-то зажало ногу. На стойке бара стояло несколько человек, которые с ужасом смотрели вниз и ничего не делали, хотя он кричал им, просил помочь. Но люди были в полной прострации, кто-то стоял, держа руки вверх, кто-то молился, плакал… Папу накрыло волной, но она же его и подняла, освободив от зажима. Он схватился за ножки
холодильника, используя его как таран. Его пронесло течением метров 200 к отелю, швырнуло на кирпичную стену, которую он пробил холодильником. Вода схлынула, он встал, хотя нога была сломана, кое-как добрался до лестницы, и здесь ему помогли англичане — затащили к себе в номер. У них там уже лежали двое раненых. Они перевязали руки и ноги “новенькому”, разорвав для этого простыни. Но он уже потерял сознание. Потом его на вертолете переправили в город Пхукет.
— В госпитале папа попросил, чтобы набрали номер телефона его младшего сына в Риге. Он успел сообщить ему, что всех потерял, а у самого переломаны руки-ноги и оторван палец.

Друзья познаются в беде

Получив от Кости Кулешова информацию об отце, его старшая сестра Наташа сумела дозвониться в Пхукет до Влада и все ему рассказала. К тому времени Влад добрался до горы, где сидело человек двести, в том числе Дина Кулешова и Юля, которые его ждали с нетерпением. Потом был госпиталь, где через сутки прооперировали Владимира Кулешова, ампутировали ему полпальца на левой руке, наложили гипс на ногу и швы на раны. В одном месте пришлось зашивать порез длиною почти 30 см.
— А мы начали думать, как выбраться из этого ада. Пошли в помещение, где собрались консулы разных стран. А нашего — латвийского — нет. Мы говорили с консулом Бельгии, он сказал, что ничего для нас сделать не может, так как он не понимает по-латышски и мы не докажем, что мы из Латвии. Посоветовал лишь ехать в Бангкок к нашему консулу, если у нас есть деньги…
— Кстати, мы и потом подходили ко всем консулам стран ЕС, которые там были — Бельгии, Испании, Чехии и другим. И каждый говорил, что “у нас слишком маленькое посольство, идите к другим”. И ни один даже не записал наши фамилии, чтобы передать их в Латвию. Ни один! Единственный, кто хоть как-то с нами разговаривал и пытался что-то для нас сделать, был американский консул. Ну и потом еще германский консул, но это, скорее всего, уже после звонка из Латвии посла Германии, к которому обратилась мама Юли в Риге. Да, еще момент. Испанский консул сам сказал, что к нему еще одна девушка-латышка обращалась, но он даже не записал ни ее фамилию, ни где она живет… Звонили и в Москву в Ингосстрах, но там просто кидали трубку.

Es runaju latviski!

— В первую ночь мы оставались в госпитале рядом с отцом. На следующий день надо было искать ночлег. Туроператор предлагал нам поехать в полуразрушенные отели на побережье в Патонг. Мы были категорически против, и он уехал. К вечеру в госпиталь подъехали волонтеры — студенты и школьники, у которых на груди была прикреплена голубая табличка с названием иностранного языка, которым они владеют. Дело в том, что тайский медперсонал понимал только по-тайски. И вдруг, представляете, я вижу тайскую девушку, у которой на табличке написано: “Латвия”! Я кидаюсь к ней как к родной, спрашиваю: “Вы говорите по-латышски, вы — из Латвии?” — “Jќ, es runќju latviski!” — радостно отвечает она. Оказалось, что девушка один год жила в Латвии, работала в Риге массажисткой и действительно немного знает язык. Она нам предложила поехать переночевать к ее сестре, если мы не найдем себе другого ночлега. Но нас повезли в школу-интернат для тайских детей. Он находился в еще более безопасном месте, чем госпиталь. Там мы, наконец, смогли принять душ, перекусить (а мы 40 часов вообще ничего не ели!) и легли спать…
— Здесь нас и поселили, причем бесплатно. Кормили, предоставили возможность пользоваться Интернетом и звонить за границу. Здесь было много иностранцев. Рядом с нами сидел эстонский мальчик лет 12-ти, тихо пел какие-то песни… А еще помню молодого мужчину, кажется, это был швед. Он сидел у экрана компьютера и плакал, глядя на фотографию своей пропавшей жены. И еще был двухлетний мальчик, которого поднесли к умывальнику, чтобы помыть руки, но увидев воду, он громко закричал и пытался вырваться. Мне рассказали, что родители малыша погибли, осталась только бабушка и 9-летний братик, который лежал в коме.

Почетный консул по нечетным дням

Утром, вернувшись в госпиталь, ребята обнаружили, что состояние отца ухудшилось, у него поднялась температура.
А по его бинтам ползали муравьи.
— Я дозвонилась в Бангкок до почетного консула Латвии, — рассказывает Юля. — Плакала и просила его нам хоть как-то помочь. Но он сказал, что не знает, что может для нас сделать. Германский консул сказал, что они ожидают медицинский самолет, который должен прилететь в Пхукет. Если будет место, они могут взять нашего раненого, но гарантию при этом он дать не может. Влад с мамой в это время беседовали с российским консулом, он обещал помочь. Тогда-то у мамы Влада и взяли интервью для РТР, где она сказала, что у нее одна надежда на МЧС России. В это время наши родные и друзья в Риге вели большую работу, чтобы нас вызволить из беды. Они подняли на ноги московскую турфирму, которая нас отправляла в Таиланд, страховую компанию, МИДы Латвии и России и МЧС России.
Мне начали звонить из МИДа Латвии, присылали письма по е-mail. А в среду 29 декабря в Пхукете наконец появился почетный консул Латвии, он оказался тайцем, но англоговорящим. Он тоже сходил к российскому консулу и просил за Владимира Кулешова. А нас даже приглашал в ресторан на ужин… Кроме нас к нему за помощью обратилась еще только одна женщина из Латвии.
Вплоть до вечера 30 декабря мы так и не были точно уверены, возьмет ли нас российский самолет, но все-таки погрузили в медицинскую машину отца и все вещи и поехали в аэропорт в Пхукет. Если честно, боялись, что начнется паника, все россияне захотят улететь, и тогда граждан Латвии на борт самолета не возьмут. Но нас взяли! Представляете, уже сидим в самолете — и вдруг начался ливень. Точно такой же, какой был вечером в субботу, накануне цунами. Но мы благополучно взлетели и только тогда немного успокоились.
Ребята из МЧС к нам очень душевно отнеслись. Они сразу узнали Дину Кулешову, подошли к ней, поздоровались: “А мы вас видели по ТВ. Вы говорили, что надеетесь только на МЧС России — ну, вот мы и прилетели!..”
Мы очень благодарны им и всем, кто помогал нам в Латвии и в России. Или просто переживал за нас. Спасибо!

05.01.2005, 08:27

Алла БЕРЕЗОВСКАЯ


Темы: ,
Написать комментарий