Европа обречена. На изменения 1

Швед Клас Эклунд — кроме того, что известный экономист и автор одного из лучших в мире учебников по экономике, так еще и главный экономист SEB. То есть того учреждения, которое являлось спонсором прошедшего несколько месяцев назад в Стокгольме Eastern European Business Forum (EEBF).

А на последнем немало говорилось о “новых европейских тиграх” — странах Балтии. Их роль в развитии нового, расширенного Евросоюза — неоднозначная. Об этой роли Kb и побеседовал со шведским экспертом.

“Чего мы не предвидели в начале процесса — что либерализация в Восточной Европе окажет ощутимое влияние на экономику Европы Западной. И сегодня я вынужден признать, что “новые европейские тигры” во многих смыслах более динамичны и прогрессивны, более нацелены на рынок, чем страны “старой Европы”. Я уверен, что расширение ЕС является серьезным катализатором, который необходим для стимулирования роста на всем европейском пространствеŁ"

Джейкоб Валленберг, президент SEB, из выступления на EEBF

— Г-н Эклунд, можно ли сказать, что бизнес из Западной (Северной) Европы будет переходить на новые, более дешевые производственные площадки Восточной Европы до тех пор, пока Западная (Северная) Европа не примет мер для собственного “удешевления” — по крайней мере в налоговом плане?

— “Восточноевропейские тигры” — это действительно один из факторов глобализационного давления на старые экономики Западной Европы. Да, мы ощущаем все усиливающееся давление и из-за более низких затрат на рабочую силу, и — особенно! — из-за стремительного роста производительности в новых европейских экономиках. Причина — очень быстрое распространение новых технологий. В прежние времена компании еще того, старого индустриального мира могли выбирать: производить у себя дома с высокими затратами, но и высоким качеством, или в развивающихся странах — с низкими затратами, но и более низким качеством. Сегодня же ситуация иная: новые “тигры”, как азиатские, так и восточноевропейские, предлагают возможность производства с низкими затратами, сочетающимися — чего раньше не было! — с высоким качеством.

Конечно, эта ситуация оказывает влияние на “старую Европу”. Необходимость минимизировать затраты, о которой все чаще говорит бизнес, — одно из наиболее очевидных следствий. Но появятся и другие. К примеру, налоговые базы с течением времени будут становиться все более мобильными, и мы наверняка увидим это уже в ближайшие годы. И мне кажется, что для государств всеобщего благосостояния, вроде Швеции, впредь будет весьма и весьма непросто удерживать налоги на значительно более высоком уровне, чем у соседей.

— Что вы думаете о долгосрочных перспективах роста балтийского ВВП?

— Потенциальный прирост ВВП в странах Балтии в среднем обещает быть на уровне 4—5% в год. Впрочем, поначалу, в течение нескольких лет, этот показатель будет куда выше благодаря позитивным структурным эффектам от вступления в ЕС, во многом объясняющимся процессом выравнивания, — ведь вы сегодня догоняете нас. Однако в долгосрочной перспективе повторить сегодняшние успехи вам вряд ли удастся: чем ближе страны Балтии будут к среднеевропейскому уровню доходов, тем сложнее им будет сохранять столь стремительный рост. Хотя строгая установка на экономический рост может отдалить начало замедления.

— Насколько важен фактор низких производственных затрат для международных и, в частности, шведских инвесторов, интересующихся странами Балтии? И чем еще, кроме дешевизны, мы привлекательны?

— Фактор низких затрат важен, но это действительно лишь одна из причин вашей привлекательности. Другой не менее важный момент — высокий образовательный уровень, а также твердая установка на модернизацию и рост. К примеру, я очень впечатлен сильнейшим стремлением стран Балтии стать современными рыночными экономиками. Это стремление столь сильно, что ему не мешают ни регулярная смена правительств, ни возникающая время от времени политическая возня. Такая долгосрочная целеустремленность также является важным фактором вашей привлекательности, который, поверьте, влияет на инвесторов. Наконец, географическая близость к гигантам вроде России и Украины — это тоже плюс, хоть и не имеющий определяющего значения.

“Для новых членов ЕС маастрихтские критерии будут означать больше проблем, чем для старых стран Евросоюза. Ведь, будучи быстрорастущими экономиками, “новые” вынуждены противостоять сравнительно высокой инфляции, которую в их положении нельзя снижать через снижение экономической активностиŁ"

— В Латвии в уходящем году прозвучало мнение: в ближайшие годы мы обречены на повышенную инфляцию, так как она неизбежно возникает при значительном подъеме экономики. Следовательно, если мы хотим и впредь гордиться красивыми цифрами прироста ВВП, с ростом цен нужно смириться, как с неизбежным злом.

— Да, проблема инфляции для вас будет актуальной. И понятно, почему: когда экономика стремительно растет, совершенно логично, что и цены тоже растут быстрее, чем в тех странах, где уровень экономического развития уже достаточно высок. Но тут-то и появляется проблема — ведь согласно заключенному соглашению новые страны ЕС не могут себе позволить инфляции более высокой, чем у трех стран ЕС с минимальным показателем роста цен плюс 1,5 процентного пункта. А учитывая, что сегодня этот европейский минимум составляет 1%, вам нельзя иметь инфляцию выше 2,5%. Разумеется, для растущих экономик это непросто. Поэтому я надеюсь, что нынешние члены еврозоны сами тоже будут жестко придерживаться установленных правил игры. А то некоторые уже “химичили” с нормами стабилизационного пакта, и понятно, что многие из сегодняшних членов ЕС обеспокоены таким поведением, ведь подобный опыт может оказаться заразительным.

— Г-н Валленберг во время последнего бизнес-форума стран Восточной Европы отметил, что конкурентоспособность “старой Европы” на глобальном рынке подорвана — та же Азия наступает нам на пятки. Но разве новые члены ЕС, вынуждая западные экономики становиться менее социальными, не способствуют решению этой проблемы? Например, тот же шведский Electrolux уже перенес часть производства в более дешевую ВенгриюŁ

— Совершенно очевидно, что Западной Европе необходимы серьезные реформы и в плане налогов, и в контексте реформирования рынка труда, рынка товаров, системы образования. Некоторые из этих реформ начнутся отчасти благодаря приходу новых членов Евросоюза, но, к сожалению, это “путешествие”, скорее всего, будет медленным и наверняка включит в себя множество половинчатых решений. Мой собственный политический опыт — а я в 1980-х работал заместителем госсекретаря в министерстве финансов Швеции — напоминает мне, что политики в государствах благосостояния предпочитают ждать столь долго, сколь только возможно, прежде чем начать необходимые реформы, которые могут навредить их политической популярности. Что же касается аутсорсинга рабочих мест, думаю, эта тенденция будет продолжаться. Но в ней на самом деле нет ничего нового. В 1960-х вся текстильная индустрия Швеции ушла в Португалию, а в 1970-х наши кораблестроительные верфи ушли в Южную Корею.

“Некоторые видят в расширении ЕС угрозу их рабочим местам и социальным системам. Я же верю, что ужесточающаяся конкуренция — это на самом деле возможность для нас сделать необходимый прыжок, чтобы начать давно назревшие реформыŁ”

— Есть ли у “старой Европы” шанс остаться конкурентоспособной на глобальном рынке без этих, довольно болезненных, реформ?

— Ну, вообще-то Швеция в глобальной экономике на сегодня весьма конкурентоспособна. Мы уже проходили через глубокий кризис — это было в начале 1990-х, и в итоге крона стала слабее, а корпоративные и прочие организационные бюджеты — урезаны. Но в долгосрочной перспективе необходимость в трансформации снова усилится: во-первых, благодаря новым членам ЕС, но еще в большей степени благодаря Китаю и Индии. И дело тут не ограничится только аутсорсингом, который и без того уже давно актуален, — речь идет о вызовах гораздо более высокого порядка, которые встают перед западным миром именно сейчас.

Ведь разница между производственными затратами в Швеции и Китае на сегодня больше, чем в Швеции и Португалии в 1960-х. И именно сегодня все больше рабочей силы включается в мировую конкуренцию из новых, развивающихся экономик, потому что именно сегодня стремительно растет их уровень знаний и качества. И даже сегодняшний аутсорсинг благодаря новым информационным технологиям — это уже не только выведение за рубеж дешевых рабочих мест. Речь идет и об аутсорсировании “белых воротничков”, чего раньше не наблюдалось.

Так что я действительно верю, что необходимость в изменениях будет только расти: многие из стран “старой Европы” будут вынуждены реформировать как свои налоговые системы, так и свои системы социального обеспечения.

04.01.2005, 13:14

"Коммерсант Baltic Daily"


Темы: ,
Написать комментарий

хорошо говорит из Швеции