Какому музею жить хорошо?

Тому, который финансирует Министерство обороны.

В то время, когда большинство латвийских музеев борется за выживание и каждый лишний сантим, финансирование Военного музея в следующем году увеличится сразу на полмиллиона латов. Телеграф решил разобраться, на что пойдут эти деньги.

Богатый родственник

Военному музею довольно неплохо живется под крылом Министерства обороны. Ведомство это, как известно, обеспечивается весьма достойно и, в отличие от Минкультуры, имеет возможность тратить приличные суммы даже на побочные нужды. Благодаря такому удачному “родству” бюджет Военного музея должен составить почти
647 тыс. латов. Впрочем, как утверждает руководство музея, учреждению не до шика — значительная часть денег уйдет на зарплаты сотрудникам, эксплуатационные и административные расходы, создание новой экспозиции, посвященной XIII—XVI векам. К тому же у него появился новый предмет забот — филиал в Елгавском районе.
Как рассказала Телеграфу директор музея Айя Флея, летом нынешнего года Кабинет министров принял решение о передаче “под крыло” музея домика в Валгундской волости. В конце 1916 года на месте, где он стоит, шли ожесточенные Рождественские бои Первой мировой, в которых принимали участие и знаменитые латышские стрелки. А в 1990-х годах группа энтузиастов устроила в домике небольшую выставку, посвященную тем событиям. Недавно здание было передано Военному музею.

Экспозиция на природе

Сейчас руководство музея вынашивает большие планы, связанные с “подарком”. По словам Флеи, здание сильно обветшало, и прежде чем устраивать там экспозицию для любителей истории, необходимо отремонтировать крышу, укрепить фундамент и т.д. Впрочем, по ее замыслу, самое интересное посетителей будет ждать не в домике, а вокруг него. “Мы собираемся восстановить фортификационные укрепления и устроить там музей на открытом воздухе, расставив экспонаты прямо в лесу”, — сообщила она Телеграфу.

Правда, до реализации проекта пройдет не менее года, поскольку восстановление домика и приведение в порядок прилегающей к нему территории в 10 гектаров — весьма трудоемкая работа. Кроме того, место это довольно глухое и, по признанию Флеи, найти человека, который захочет там ежедневно работать смотрителем, будет непросто.

Светлое будущее не для всех

Увы, приходится признать, что не все музеи ожидают такие значительные изменения к лучшему. Учреждения, приписанные к Министерству культуры, например, вынуждены жить на куда более скромное финансирование. Например, Рундальский дворец в нынешнем году получил дотации на сумму 218 381 лат, и в следующем году его бюджет вряд ли изменится.
Этнографический музей под открытым небом, занимающий огромную территорию и привлекающий большое число туристов, в 2005-м может рассчитывать всего на 202 212 латов. Его директор Юрис Инданс в беседе с Телеграфом сказал, что ему надоело постоянно говорить о нехватке средств, это унизительно. Средняя зарплата работника музея (не только Этнографического) составляет 120 латов. То есть научный работник получает оклад, немного превышающий минимальный. По словам Инданса, при столь скудном вознаграждении за труд привлечь молодых сотрудников почти невозможно. “Что будет дальше? Кому мы передадим наше дело?” — спрашивает он.

Директор Музея истории Риги и мореходства Клара Радзиня также говорит об этой проблеме: за последние несколько лет доходы персонала не выросли, несмотря на заметную инфляцию. Зато подорожали коммунальные услуги и энергоносители, а дотации остались на прежнем уровне.
По мнению Инданса, решение многих вопросов очень осложнено бюрократической процедурой, и то, что в частном секторе можно сделать за пять минут, чиновничий аппарат зачастую растягивает на месяцы. В общем, нелегко приходится работникам музеев. Но ведь они не врачи, жизни людей от них не зависят. Поэтому и бастовать нет смысла — все равно никто не заметит.

10.11.2004, 07:53

Кирилл РЕЗНИК-МАРТОВ


Темы: ,
Написать комментарий