Суханов любит свою диету и ценит свою «Богиню»

Только что рижане впервые увидели свежайший и уже нашумевший кинопроект «Богиня. Как я полюбила» - режиссерский дебют, а заодно - сценарно-актерский бенефис гранд-дивы российского синема Ренаты Литвиновой. Зал на сеансе на фестивале русского кино был, говорят, переполнен. Не беда: скоро «Богиня» пойдет в Риге нормальным прокатом, и тогда все желающие смогут причаститься спорного литвиновского кинопродукта, который даже критиков вводит в ступор, заставляя мычать нечто невнятное и поминать то Тарковского, то... О «Богине» «Час» уже писал, о Ренате Литвиновой как героине нашего времени - напишет специально на следующей неделе (когда «Богиня» объявится на наших экранах), а пока мы представляем замечательного актера, сыгравшего в ленте главную мужскую роль, - Максима Суханова


Харизматический актер прибегает к духовным практикам и ждет настоящей Главной Роли


Редкий, но меткий


Суханов – один из бесспорных актерских лидеров своего поколения: его талант не оспаривается никем, его диапазон почитается за широчайший даже в сравнении с палитрой «плюс-минус сверстников». Между тем, в отличие от этих самых сверстников (Машкова, к примеру, или Балуева, или Меньшикова), Суханов и в светских новостях засвечен куда менее, и на киноэкране объявляется куда реже (Меньшиков, правда, еще реже – но он-то скоро исправится, представ в образе сразу доктора Живаго и Остапа Бендера в двух бюджетных и амбициозных телепроектах, запущенных нынче в работу). Словом, редко Суханов играет в заметных лентах. Хотя может и ослепительно блеснуть в короткой роли в хорошем кино (как в «Стране глухих» Тодоровского-младшего), и одушевить собой даже весьма посредственный в целом проект (как в триллере «24 часа» Атанесяна)…

После «Богини», однако, имя Суханова, не сходящее с языка театралов (в театре он играет много и разнообразно), наверняка вернется и на язык «широкозрительский». Почему он, столь разборчивый в выборе киноролей, согласился играть в «Богине»?

- По сценарию ты сразу понимаешь, интересует тебя эта история или нет, – объясняет он в интервью «Газете», – парадоксальна она или ординарна. Прочитав эту историю впервые, я захотел в ней сниматься. Потом история, конечно, немного менялась, но менялась исходя из ядра, заложенного в сценарии, сохраняя и мистику, и тему одиночества. Оправдались ли мои ожидания – как актера? По работе я считаю, что они оправдались, хотя… Бывает такое ощущение, что сцен с тобой мало. Я не могу сказать, что я избалован большими ролями: возможно, поэтому такое ощущение и возникает время от времени. Мне казалось, что можно бы еще что-нибудь сделать. Но одно дело, что мне кажется, а у режиссера может быть совершенно другое мнение, и, возможно, оно и есть единственно правильное. Ни одного дня не было, чтобы я сомневался, правильно ли сделал, что согласился.

О странностях любви… с Литвиновой


…Всем известно, что Рената Литвинова – «вещь в себе»: персонаж загадочный и сложный. Не то главная русская женщина-вамп, не то и вовсе инопланетянка… В любом случае главный продукт Ренаты Литвиновой как художника – сценариста, актрисы, писателя, теперь вот и режиссера – это всегда собственно продукт «Рената Литвинова: образ». Трудно ли было яркому и мастеровитому суперпрофессионалу Суханову работать с ней в «Богине»?

- Нет, – улыбается Суханов. – Легко. Напротив, мне казалось, что ей очень трудно. То есть трудно совместить и актрису, и режиссера, и автора сценария, который по ходу все это переделывает. Но у меня не было к ней вопросов как к режиссеру, который не понимает, что он делает. Или как к режиссеру, который не понимает, какой перед ним актер. Насчет нашего актерского дуэта с Ренатой, того, как он получился… Было несколько встреч и проб досъемочного периода. И дальше мы уже встречались на самой съемочной площадке, в чем-то Рената меня корректировала. Я и сам видел – я люблю смотреть в монитор, – что делаю нечто лишнее. Бывало, вылезало что-то пошлое, что-то гипертеатральное. Мы потом это убирали, и я видел, что это правильно.

Актерство как путешествие внутрь себя


К ремеслу у Суханова подход вообще довольно специфический: он его, кажется, воспринимает как духовный опыт.

- Я точно не помню – это же давно было… – говорит он о том, когда именно вплотную заинтересовался лицедейской профессией. – Но в любом случае в училище – благодаря нашему педагогу: он сумел подобрать правильный ключ, чтобы именно для меня раскрыть профессию. Я говорю «именно для меня», потому что все равно, как бы мы ни занимались системами, школами… Пока все то, что ты пробуешь, не будет опираться на твое собственное «я», именно на твою психофизику, ты не получишь от профессии удовольствия и не поймешь ее. В лучшем случае сумеешь обмануть всех и себя, создав нечто искусственное. Я считаю, что моему педагогу удалось для меня профессию раскрыть, и мое представление поменялось на диаметрально противоположное по сравнению с тем, с каким я поступал в театральный. Ведь причины, по которым я поступал, были связаны не только с легкими экзаменами (Суханов, по собственному признанию, просто не хотел служить в армии, вот и нашел себе вуз «полегче». – Прим. «Часа» . ), но и с тем, какой я видел предстоящую работу: с ненормированным рабочим днем (я всегда ненавидел графики), с тем, что работу можно выбирать. А потом уже стали важны другие вещи. Прежде всего – возможность работать с определенными состояниями. В этих состояниях совершенно по-другому распределяется энергия, которая переходит в зал, по-другому работает фантазия. Ощущение оторванности от плоскости обостряется. Ты себя видишь в этих состояниях со стороны, острее. Но здесь есть свой риск. Для детства такие состояния нормальны, а во взрослом возрасте, когда ты возобновляешь в себе пограничные состояния, не имеющие ничего общего с обычной жизнью, состояния, нужные, по большому счету, только для сцены… Здесь есть граница, которую нельзя переходить. Есть черта, на которой нужно остановиться, потому что за чертой может очень понравиться, и тогда не будет смысла возвращаться. Не думаю, что это состояние по общепризнанным законам может считаться нормой.

Тут уже от сухановских рассуждений отчетливо веет эзотерикой, но сам он столоверчением, сектантством или штудированием специальной литературы не увлекается.

- Я что-то читаю, что-то слышу, но здесь книга – мертвый собеседник, – говорит артист. – Нужно исследовать себя и не лениться исследовать себя. Такое плаванье без компаса не всегда получается. Для этого тоже нужно хорошее настроение, не болезненное физическое состояние, не стрессовое, не заваленное проблемами. Найти такой момент нелегко бывает. Не боюсь ли психику раскачать такими упражнениями? Не боюсь. Наоборот. Такого рода упражнения закаляют… Нет, «восточными техниками» я не занимаюсь. Занимаюсь аутотренингом. Я выбираю такой путь, который для меня органичен и от которого я получаю результат. Я не иду на преодоление: думаю, для меня это неправильно. Я вообще стараюсь в жизни не делать того, чего мне не хочется, того, что мне не по вкусу. Как? А по-разному. Здесь может сработать и «принцип диеты», как я его называю. Когда человек садится на диету, он должен прежде всего ее полюбить. Не приказать себе ее придерживаться, не издеваться над собой, а именно полюбить. Тогда диета сработает. Но и ограждать себя от работ, которые тебе кажутся лишними или неталантливыми, или от людей каких-то тоже надо. Прежде всего должна быть установка на то, чтобы заниматься тем, чем хочется.

…Вот он и занимается. Стараясь не увязнуть в избыточной публичности или скучной сериальности. И тренируя в себе замечательные способности: например, умение высыпаться за пятнадцать минут (в чем несколько смущенно признается интервьюерам). Но хотя Суханов – одно из самых примечательных лиц русской актерской тусовки, своей главной кинороли он по-прежнему ждет. И даже «Богиня», кажется, здесь только трамплин. Интересно, куда он допрыгнет со временем? Но ведь «допрыгнет» обязательно…

13.10.2004, 09:23

chas-daily.com


Написать комментарий