Отягощенный Злом

В последний день августа в Даугавпилсском отделении Латгальского окружного суда начались судебные слушания по делу об убийстве 84-летней матери Марфы (в миру Марии). Старушка тихо-спокойно жила в маленьком провинциальном городишке. Обитала она в церковном доме при православном храме и основным ее занятием было посещение православных служб, да молитвы. Оно и понятно, в таком возрасте пора о душе подумать. Никогда не отказывалась она одолжить деньги соседям и ребятам из детдома, которых привечали в этой церковной обители. Но накануне Пасхи в Страстную Седмицу случилось непоправимое.

В десятом часу вечера 6 апреля этого года Марфа собиралась спать, а перед сном по обыкновению творила вечернюю молитву. Вдруг кто-то, подкравшись сзади, нанес старухе жестокий удар по голове. Последнее, что она услышала был возглас: «Это я – сатана!» На следующий день мать Марфа не пришла к заутрене. Такое бывало и раньше, ведь в 84 года случается и прихворнуть. Но, когда престарелая женщина не появилась и в трапезной, ее соседки и знакомые забеспокоились. Настоятель храма отправил мать Ольгу проведать Марфу и отнести ей испеченный накануне пирог с фруктами. Та пришла к квартире Марфы и постучала в дверь – нет ответа. Пришлось Ольге возвращаться в трапезную (столовая была расположена в том же доме) и брать запасные ключи, которые хранились у женщины, занимавшейся уборкой квартир. Вошла, окликнула Марфу – тишина. Та лежала на постели, с головой закрывшись одеялом и, казалось, спала. После неудачных попыток ее разбудить Ольга откинула одеяло и увидела, что голова Марфы в крови. Позвала настоятеля. Тот подошел к кровати и, взяв старушку за руку, почувствовал мертвенный холод. Стало ясно, что никакой врач уже не поможет. Поначалу настоятель решил, что у нее случился инфаркт, носом пошла кровь и от этого вокруг застывшие сгустки. Беленький платочек на голове в крови наверное оттого, что мать Марфа хваталась за голову руками. Хотел он было обмыть несчастную, но все-таки решил вызвать полицию. Полицейские подтвердили, что Марфа мертва и к тому же определили, что смерть насильственная. Было возбуждено уголовное дело. Через три дня подозреваемый был арестован. 9 апреля 2004 года он написал признание. Подсудимому Виктору всего 17 лет, но он уже был дважды судим за воровство. Теперь же предстал перед судом по обвинению не только в присвоении чужого имущества, но и в убийстве, сопряженном с разбоем.

Нечистые руки

В семье Виктор был младшим – седьмым ребенком. Прокормить всех сил не хватало (откуда в деревне деньги?), а потому в три года малыша отдали в детдом. У него был другой отец, не тот, что у других детей. Когда несостоявшийся муж уезжал на Украину, женщина попросила его забрать сына с собой и даже дала денег. Решив, что проблема улажена, о судьбе младшенького не беспокоилась. Велико же было ее удивление, когда ей сообщили, что Виктор, которому уже исполнилось 12 лет, учится в специнтернате. Из обычного интерната он убегал, потому и попал в специальный. Сиротство при живых родителях не могло не наложить свой отпечаток на формирование характера парня. По словам матери Виктора, она хотела его забрать, когда тот окончит 9 классов, но сын предпочел хутору маленький городишко, где его опекуном стал настоятель православного храма. Виктор поселился в доме при церкви, перезнакомился со всеми его обитателями, в том числе и с матерью Марфой, которая полюбила паренька, как родного. Он часто помогал ей по хозяйству – то печь растопит, то дрова принесет. Настоятель храма, опекун Виктора, очень хотел, чтобы тот стал хорошим человеком. Купил ему турпутевку во Францию, чтобы показать какова нормальная цивилизованная жизнь, которой может достигнуть и он. Не отказывал в деньгах, только всегда просил отчета – на что потрачено. В общем-то, и опекун и другие священнослужители отзывались о парнишке неплохо – уважительный, работящий, сообразительный. Однако, было одно «но», которое перекрывало все достоинства – Виктор воровал. Сколько ни беседовал с ним опекун, сколько не наставлял на путь истинный – не помогало, зачастую ловили пацана в чужих комнатах. Через год настоятель отказался от опекунства. Виктора дважды судили за воровство, но уроки не шли впрок. Зимой этого года он переехал в Даугавпилс. На пару недель его приютил друг, в своей квартире на Химии, а потом Виктору удалось устроиться на «Локомотив» и получить комнату в общежитии. (Нельзя не отметитиь, что у друга пропали документы, которые потом обнаружили у Виктора. По его словам, он прихватил их случайно, вместе со своими бумагами. Однако зачем-то ходил в банк и узнавал, как взять кредит). Тяга к чужому имуществу давала о себе знать. На заводе он забрался в раздевалку другого цеха, отыскал шкафчик, на котором не было замка и украл оттуда кожаную куртку, сапоги и записную книжку, в которой была SIM – карта мобильного телефона (по ней потом нашли потерпевшего, у которого украли вещи). Ко всему прочему, преступление Виктор совершил во время испытательного срока по прежнему правонарушению. Воровство – мерзкое преступление, но между ним и убийством огромная пропасть. Отнять жизнь у человека – смертный грех.

Бесовское наваждение или желание смягчить наказание?

Хотя Виктор и жил в Даугавпилсе, но бывало навещал тихую церковную обитель. Мать Марфа иногда одалживала ему деньги, возвращать долги он не спешил. Друг и одноклассник Виктора имел 3-ю группу инавлидности и получал пенсию около 50 латов. По его показаниям, Виктор тоже возжелал пенсии (работа на «Локомотиве» казалась ему тяжелой и не нравилась). Парень лег в психиатрическую больницу, откуда вышел 2 апреля, потерпев полный крах – инвалидом его не признали. Однако направили в Центр соцпомощи, где ему выделили пособие в размере 24 латов.

Слово подсудимому. По его показаниям на суде, он не намеревался убивать старушку, а только хотел ее оглушить и забрать деньги – где они лежат он хорошо знал. История преступления изложенная им на досудебном следствии представляла собой несколько иную картину. В суде была показана видеокассета, на которой Виктор рассказывал, как все произошло. 5 апреля 2004 года он решил отдать матери Марфе долг в размере 15 латов. В Даугавпилсе сел на автобус и отправился к ней в маленький городок. Приехав на место, зашел в магазин и на 4 лата купил коробку конфет и фрукты. И тут … в него словно бес вселился. Вместо того, чтобы идти в комнату старушки, он тихонько пробирается на чердак дома и сидит там часа два, ждет, когда Марфа останется одна. Желание отдать долг пропало, уже якобы он сам не знал зачем шел. Какие-то тайные силы, как он объяснял, словно комадовали им, а он действовал по их принуждению. (Судья не преминул спросить, что это на самом деле – тайные неведомые силы или желание смягчить наказание?) С чердака он пробирается в двухкомнатную квартиру, в одной из комнат которой жила мать Марфа и прячется в шкафу, стоящем в коридоре. Там мнет конфеты и фрукты, пока те не превращаются в кашу. Сидит в шкафу часа два и ждет, пока уйдет временная соседка, приехавшая на церковную службу, затем перебирается в туалет, там берет в руки полено. Когда туда постучалась соседка готов был ее ударить. Та на свое счастье, решила, что в туалете находится Марфа и ушла. Виктор злится – время к десяти вечера, скоро уйдет последний автобус на Даугавпилс, а он все сидит без толку. Наконец старушка осталась одна, собралась лечь спать и стала молиться на ночь. К тому времени злость переполнила Виктора. Он схватил полено и стал бить старушку по голове. По его показаниям – хотел оглушить, чтобы забрать деньги. Опомнился, когда у Марфы из носа потекла кровь. Уложил ее на постель и укрыл одеялом. Забрал 30 латов из кармана пальто и еще 27 латов, обнаруженных под книжкой и пошел на автобусную остановку. На вопрос – почему не позвонил в «Скорую помощь», ответил, что боялся стать главным подозреваемым (что-то мало похоже на состояние аффекта). Однако вскоре его арестовали. Суд продолжается. Экспертиза признала Виктора вменяемым.

Свидетели отмечали непомерную гордыню Виктора. Он даже заявлял, что будет как Репше – построит двухэтажный дом, купит машину. Только не так это просто, ведь даже чтобы добиться гораздо меньших успехов надо приложить непомерные усилия. Проще оказалось убить хорошо знакомую добрую старушку. Только ведь за такое преступление грозит долгий тюремный срок. А что потом?

02.09.2004, 10:26

"Миллион"


Написать комментарий