«Внимание – ловушка для негражданина!»

Так сказал житель города и издатель собственной газеты Игорь Аверин, демонстрируя в редакции «Миллиона» образцы свидетельства и заявления на натурализацию.

Поклялся? Бери в руки автомат!

- Вот, посмотрите: в верхнем правом углу документа – обещание верности Латвийской Республике при получении латвийского гражданства, – говорит И. Аверин, – а ниже – свидетельство кандидата в граждане Латвии о том, что он не является подданным другого государства. В самом низу документа кандидат должен поставить свою подпись. Тем самым он подтверждает свою верность ЛР и то, что не имеет другого гражданства. Но ведь это же абсурд: как человек, не являющийся гражданином Латвии, может давать обещание этому государству на верность?! Может быть, он не пройдет процесс натурализации, скажем, не сдаст экзамены, и так и останется негражданином до конца дней своих. Но клятву в верности он-то уже дал! А в ней, между прочим, есть и такие слова: «Я обязуюсь, не жалея своей жизни, защищать независимость Латвийского государства…». Но ведь, согласно закону, защищать Латвию обязаны только ее граждане. Неграждан в армию не берут. Вот вам самый что ни на есть юридический казус. По идее, любому негражданину, который успел «поклясться», не получив гражданства, наше государство запросто может вручить автомат и послать в Ирак для «защиты демократии». И не отвертишься – клятву-то дал! Между прочим, такое «умное» нововведение произошло недавно. Раньше «обещание на верность» претенденты на латвийское гражданство давали только уже в конце процесса натурализации, при получении гражданства. И это было вполне логично.

Родился в Латвии или въехал в нее?

Другой парадокс, по мнению И. Аверина, содержится в документе под названием «Заявление на натурализацию».
В нем, в статье II А, сказано: «Я въехал в Латвию на постоянное жительство до 1 июля 1992 года. И ниже в этой же статье в скобочках : «Укажите адреса местожительства за последние пять лет».
Таким образом, претендент, указывая свои адреса, тем самым невольно подтверждает, что он въехал в Латвию до 1 июля 1992 года. Хотя, может быть, он никогда не въезжал, а просто родился в Латвии. При этом в статье I F может быть указано, что он, действительно, родился в Латвии. Тем не менее, противоречивость информации налицо. Из документа может следовать, что человек одновременно и родился в Латвии, и въехал в нее!
В статье II В сказано: «Я въехал в Латвию на постоянное место жительства после 1 июля 1992 года». Если претендент укажет на эту статью, а адреса за последние пять лет проживания поставит в статье II А, то снова возникает еще одно противоречие: то ли он въехал в Латвию до 1 июля 1992 года, то ли после этой даты.
Чем все это может обернуться для жителя Латвии, получившего гражданство ЛР путем натурализации?
Игорь Аверин убежден, что эти «подводные камни» созданы специально, чтобы в любой момент лишить «неудобного» человека латвийского гражданства.
В статье VIII документа сказано: «Мне известно, что латвийское гражданство может быть отнято, если … натурализуясь, я сознательно предоставил о себе неверные сведения и т.о. получил гражданство Латвии, не имея на то оснований».
- Документ составлен так, что негражданин, заполняя его, невольно дает о себе противоречивые сведения, а значит – неправдивые. И заверяет это своей подписью. Значит, сознательно обманывает. Вот вам и повод для лишения гражданства! Эти документы – настоящая ловушка для негражданина, – утверждает И. Аверин.
Когда в Управлении натурализации он сделал замечание по поводу явного противоречия в документах, то чиновник г-жа Рожатченко, по его словам, ответила следующее: « Они же (неграждане – Б. Л.) видят, что они подписывают!»

Лучше раньше, чем позже.

Эйжения Алдермане, руководитель Управления натурализации, на просьбу «Миллиона» прокомментировать эту ситуацию, сказала, что никаких противоречий в данных документах она не находит, что составлены они вполне корректно. Действительно, раньше обещание на верность Латвии претендент давал в конце процесса натурализации, непосредственно перед получением гражданства. Но бывали случаи, когда по каким-то причинам, как правило, из-за того, что ему не позволяли религиозные убеждения, претендент отказывался давать обещание. И выходило, что человек прошел весь процесс натурализации, успешно сдал экзамены, потратил свое время и деньги, а гражданство получить не смог. (Интересно, а почему претендентов о необходимости давать «клятву» нельзя было предупредить в начале процесса натурализации? – Б. Л.) Поэтому и было решено, чтобы обещание на верность давать перед натурализацией.
- Если человек уж решил стать гражданином Латвии, если он к этому подходит сознательно и ответственно, то ничего нет плохого в том, что он даст обещание, еще будучи негражданином, – поэтому лучше дать обещание раньше, чем позже, – аргументировала Э. Алдермане.
- А если он передумает и не захочет стать гражданином? Ведь он заверил обещание в верности собственной подписью. Это уже юридический документ, – возразил «Миллион».
- Если он не станет гражданином Латвии, то данное обещание его ни к чему ни обязывает, – ответила госпожа Алдермане.
Интересно получается. На данное в торжественной обстановке обещание, почти клятву государству, оказывается, можно рукой махнуть, грубо говоря, наплевать? Как это смотрится с точки зрения патриотизма, этики и морали? По-моему, не очень хорошо. Кроме того, ни в каких нормативных документах нет ни слова о том, что обещание теряет силу, если претендент на гражданство передумает или не сможет его получить. Так что рассуждения И. Аверина про Ирак и автомат не так уж далеки от истины. Чего проще – навести порядок в документах. Было бы только желание. А то, действительно, у людей может закрасться сомнение – не специально ли чиновники из УН оставили такой «крючок», зацепив которым, можно выдернуть из рук новогражданина заветный синий паспорт.

24.08.2004, 12:13

"Миллион"


Написать комментарий