Оскар Калпакс: знакомый незнакомец

Иногда памятники ставят не героям, а героизму

На июнь будущего года в Риге, на Эспланаде, намечено открытие памятника Оскару Калпаксу. 8 декабря в Латвию из Финляндии завезли черный мрамор, а на Рижском судоремонтном заводе сваривают металлические конструкции, составляющие вторую часть композиции Pret strаumi (“Против течения”). Средства на памятник собирал специально созданный фонд, и к середине декабря на его счету было свыше 100 000 латов.




Оскара Калпакса многие считают первым главнокомандующим латвийской армии. Многие, но далеко не все. К тому же есть немало свидетельств тому, что не все в жизни героя, бывшего военнослужащего российской армии, так однозначно. Оказывается, существует как минимум три мнения: он — героическая личность, он — не герой и он — символ. Попробуем разобраться в этой разноголосице.

Оскар Калпакс родился 6 января 1882 года на территории нынешнего Мадонского района. Есть сведения, что фамилия его была Колпак, но после гибели ее якобы привели в “латышское состояние”, дабы не возникало сомнений в происхождении национального героя.

Оскар увлекался игрой на скрипке и, наверное, мог бы стать музыкантом, не окажись желание быть военным сильнее. Он им стал и… оказался патриотом Российской империи. Тому свидетельство — его беспорочная служба. Служа в Колыванском полку, он участвует в подавлении волнений 1905 года в Иркутске (за это медаль “За верность”), затем гарнизоны России в Варшаве, в Костроме. До конца Первой мировой войны он в Латвию не возвращался и ничем любви к этой части Российской империи не проявлял. В сентябре 1915 года за успешные действия в сражении под Барановичами он получает Георгиевский крест 4-й степени.

В 1917 году, проявив лояльность к Временному правительству, Калпакс вступил в партию эсеров и получил под командование полк. Однако после заключения Брестского мира полк на Украине разоружили и распустили, и осенью 1918 года оставшийся не у дел подполковник вернулся в раздираемый противоречиями отчий дом. Здесь ему предстояло определиться, с кем идти дальше. Выбирать было из чего: в то время в Латвии действовало три правительства: Петериса Стучки, Карлиса Улманиса, Андриса Ниедры. Маятник качнулся в сторону Улманиса.

Борьба за независимость Латвии проходила на фоне немецкой оккупации — Германия к моменту революции в России заняла больше половины страны. В ноябре 1918 года, когда Первая мировая война закончилась, германские части под предлогом борьбы с большевиками остались в Латвии и то помогали сторонникам независимости, то активно с ними боролись. 6 декабря правительство Карлиса Улманиса с разрешения немцев учредило пост министра обороны. Тогда же для борьбы против коммунистического правительства Петериса Стучки стали создаваться части латвийской армии. 1 января 1919 года улманисовский министр обороны Янис Залитис назначил Оскара Калпакса “командиром находящихся в Риге латышских вооруженных сил”. Но на 5 января в этих “силах” насчитывалось всего 250 человек, а к февралю под началом Калпакса уже 375.

Были ли вооруженные силы Латвии (ландесвер) латышской армией? Судите сами: в то время немцев в ней числилось 13 тысяч. К тому же Калпакс был совершенно не свободен в принятии решений — он был лишь комбатом, который подчинялся немецким офицерам, а командовал ландесвером немецкий генерал Рюдигер фон дер Гольц. Тем самым ландесвером, который “прославился” массовыми расстрелами людей только за то, что они “красные” латыши. Террор ландесвера превысил количество жертв “красного террора”, но калпаковцы оставались верными союзниками немцев.

Гибель первого командующего была совершенно негероической. Можно даже сказать — нелепой. При попытке окружить и уничтожить 2-й латышский стрелковый полк “красных” (поддерживающих правительство Стучки латышей) батальон Калпакса столкнулся с братьями по оружию — батальоном ландесвера под командованием фон Борха. Произошло это 6 марта 1919 года возле хутора “Айритес” (Салдусский район). В завязавшейся, можно сказать, с перепугу перестрелке от рук своих погибли полковник Калпакс и еще трое его офицеров.

Подвигом, как видим, тут и не пахло. И все же кровь пролита. А раз так — герой и посмертная награда высшим латвийским военным орденом Лачплесиса 1-й степени…

И все-таки — он герой!


В этом убеждена директор Латвийского военного музея Айя Флея:

— Оскар Калпакс — это воплощение мечты людей того времени, — заметила она в беседе с Телеграфом. — Калпакс — это личность в истории Латвии, которая олицетворяет собой конкретный этап жизни страны. Он сумел собрать вокруг себя людей и убедить их в идее независимости Латвии. А смерть его — случайность. Роковой оказалась путаница с воинской формой: обмундирование у всех было одинаковым с царских времен. Тогда это было проблемой… Его очень уважали. Люди к нему тянулись. Не случайно же на его похороны в Лиепае пришло очень много людей…

Ей вторит автор памятника Калпаксу скульптор Глеб Пантелеев:

— Я бы сказал, он был рисковый парень. В безнадежной ситуации взяться за формирование воинской части… Надо было быть очень убежденным в своей правоте. Вообще он был одной из ключевых фигур современной латвийской истории. Он всю жизнь проявлял удивительную способность идти против течения — поэтому и проект памятника был назван “Против течения”.

Вера сильнее доказательств


— Патриоты Латвии пойдут не к памятнику историческому Калпаксу, они верят, что пойдут к памятнику Герою, — считает историк Олег Пухляк, который в свое время голосовал за то, чтобы памятник Калпаксу был создан. — Моя позиция: безусловно, он — национальный герой. Другой вопрос, что не все признавали его таковым. Но он был первым. Это человек, который взял на себя ответственность и возглавил армию в самые тяжелые годы, когда ее еще не существовало. К тому же погиб в бою за дело, которому служил, а пролитая кровь привлекает внимание. Памятник нужен, чтобы были примеры для воспитания того, что мы называем патриотизмом. Но не станем забывать, что тогда по обе стороны фронта были русские, латыши евреи, немцы и поляки, которые верили в свои идеалы. Надо, воспевая одних, учиться не оплевывать других, а понимать. Памятники должны служить не тому, чтобы вокруг них кто-то сплачивался против кого-то, а для того, чтобы объединять…

15.12.2005, 08:19

Телеграф


Написать комментарий