Кого народ все-таки поднимет на вилы?

На проводимом Латвийским союзом независимых профсоюзов (ЛСНП) митинге "Мы против бедности" в Риге на Домской площади 1 октября многие люди пришли с вилами в руках. Пока, правда, вилы были только нарисованы на плакатах, и настроение людей не совсем соответствовало словам председателя ЛСНП Петериса Кригера "вновь пятый год".

Кажется, ощущения точнее всего высказал проходивший мимо молодой
человек в кожаном пальто: “Здесь, как на похоронах!” Судя по словам
участников митинга, покойником в очередной раз стали идеалы времен
Атмоды и баррикад. “На этом месте в 1991 году был костер, — сказал
мужчина предпенсионного возраста. — Почему мы сейчас вновь находимся
здесь?”


Почему люди из всех уголков Латвии съехались в Ригу? Представительница
делегации краславских учреждений дошкольного образования Жанете Бирума
сказала, что они приехали защищать помощниц учителей дошкольного
образования, которые получают минимальную зарплату, хотя и выполняют
почти что такие же обязанности, что и учителя. На вопрос, надеются ли
они чего-нибудь добиться, Ж. Бирума ответила: “Мы хотим надеяться, что
добьемся… Очень странно, что нужно приходить сюда и требовать
зарплату, соответствующую качественно проделанной работе”.


Хотя и большинство участников митинга бурно аплодировали выступающим,
многие люди на риторику особого внимания не обращали, а скептично и
печально переговаривались. “Она только сюда придет, сфотографирует и на
этом все и закончится”, — так попытку репортера пройти через толпу
саркастично оценила пожилая женщина. “Люди пришли, потому что они
хотят, чтобы была работа, и хотят за это получать деньги”, — папа
разъяснял мальчику-дошкольнику. “Не об оккупантах, а совсем о другом
теперь идет речь”, — переговаривались на русском языке две женщины.


Как рыба в воде на митинге чувствовали себя члены Латвийской
социал-демократической рабочей партии, которые утверждали, что их
присутствие здесь не имеет никакого отношения к выборам в Сейм в
следующем году, поскольку они всегда поддерживали мероприятия
социального характера.


Один молодой мужчина неожиданно остановил меня и
спросил, не из полиции ли я? Опешив, я робко ответила, что я -
журналист. Мужчина рассказал, что по площади ходят полицейские в
гражданской одежде и фотографируют плакаты: потом они проверят, не
являются ли они антигосударственными…


Не менее трагикомичным было
удивление немного нетрезвого бывшего легионера по поводу того, что из
Даугавпилса, который, по его мнению, является самым “настоящим адом”,
приехала девушка, которая разговаривает на чистом латышском языке.
Оказывается, что старичок был в Варшаве и Берлине, а в Даугавпилсе -
ни разу.


Во время митинга ораторы на сцене менялись, а содержание речей
оставалось на уровне констатации печальных фактов: народ погружается в
бедность и уезжает из Латвии; правительство только обещает; люди
опустились до последней черты; нужно заставить представителей власти
услышать наши требования!


Люди начали сворачивать ярко-желтые плакаты
“Мы против бедности” (нужно отметить, что какой-то остряк прикрепил
плакат и у главного входа в службу госдоходов!) и
понемногу стали расходиться. В конце концов ни один министр не
осмелился прийти и посмотреть в глаза собравшимся на Домской площади.


Я спросила у работников Екабпилсского районного пансионата, был ли
смысл ехать на митинг? Зигрида Криста отметила, что смысл был: “Мы
— оптимисты. Пессимисты остались дома”. Может быть, власть наконец-то
начет обращать внимание на проблему бедности. Уже ведь пора начать
думать, поскольку грядут выборы и придется вспомнить об избирателях. На
вопрос, за кого же они будут голосовать, поскольку ведь все всегда
много обещали, екабпилчане отметили, что не знают. Поскольку в каждой
партии есть какой-нибудь человек, которому можно верить, но большая
часть избранников не оправдала доверия.


Выяснив, почему одни люди участвовали в акции протеста, я захотела
узнать, почему все же другие не участвовали. Ведь Антанас Шакис,
который играл на гармошке у мостика через канал на Бастионной горке,
вовсе не является богачом. “Что я там делал бы со своей гармошкой? -
махнул рукой старый полуслепой мужчина, который с тех пор, как потерял
работу на Болдерайском кораблестроительном заводе, таким образом уже 10
лет зарабатывает на лекарства себе и жене. -
Одним человеком больше,
одним меньше — все равно ничего не изменится”.

04.10.2005, 08:15

Латгалес Лайкс


Написать комментарий