Двойка по французскому

Знание простыми американцами иностранных языков специалисты оценивают как неудовлетворительное

То, что американцы не сильны в иностранных языках, — ни для кого не секрет. Это вам не Европа, где каждый второй, кроме своего родного, шпарит еще на каком-нибудь двоюродном. А уж на английском объясниться можно везде. Опять же не государственная тайна, что знание, или хотя бы понимание, на каком языке к тебе обращаются, в Америке идет по убывающей от мегаполисов к таунам. Научное подтверждение это мнение получило в исследовании, проведенном на днях кентуккийским филиалом Всемирной языковой ассоциации.

Не верьте написанному

Если вам посчастливится приземлиться в Луисвиллском международном аэропорту, штат Кентукки, первое, что вас встретит на выходе, огромный транспарант: “Луисвилл — 16-й крупнейший город в США”. Однако написанному не верьте. Отцы города, мягко говоря, лукавят, пользуясь слабостями национальной статистики.
В отличие от Старого Света, в котором Париж или Рига это центр плюс окрестности, в Новом — центр минус округа. Проще говоря, в Нью-Йорке, Чикаго или Лос-Анджелесе за “коренное” население считают только жителей даунтаунов, остальные попадают в пригородную статистику. Пару лет назад население Луисвилла составляло 270 тысяч, но после того как даунтаун “обвенчался” с 93 окрестными городками, наутро после свадебной ночи произошла чудесная метаморфоза. Старые Васюки враз стали Нью-Васюками и чуть ли не мегаполисом с населением под миллион душ. За один день Луисвилл с 49-го места среди крупнейших городов страны прыгнул на 16-е.
Не очень верьте и официальной солидной приставке местного аэропорта — “международный”. Вот если бы вы были менее одушевленным предметом, например, ящиком или бандеролью, тогда все правильно — для вас аэропорт международный. Луисвилл — крупнейший узел транснациональной посылочной компании UPS, отсюда ежесуточно взлетают более сотни самолетов на пять континентов земного шара. А поскольку до значимости груза вы еще не доросли, не ищите в Луисвилле таможенников, пограничников, как и прямых рейсов за границу. Для этого надо сначала попасть в соседние Чикаго или Цинциннати.
Но эта информация для въедливых и дотошных. Для простого люда, раз сказали — мегаполис и международный, значит, так и есть. А коли так есть, значит, местное население должно соответствовать своему высокому статусу. Например, быть культурным, вежливым, образованным… В том числе по части иностранных языков. Я в Луисвилл приехал 13 лет назад, мой английский за это время слегка улучшился, чего не скажешь об акценте. Стоит открыть рот, как тут же спрашивают: Are you from Germany? Поначалу я даже гордился своим немецким прононсом. Это ж надо, немецкий никогда не учил, а акцент есть! Потом обнаружил, что не один я такой талантливый. Наши аборигены не забивают себе головы и все иностранные акценты сваливают на немецкий.
Но может, что-то изменилось за два года пребывания Луисвилла в высшем бомонде страны, например, по части тех же иностранных языков? Ответ на интересный вопрос решил получить кентуккийский филиал Всемирной языковой ассоциации.




Цитата


Кентуккийцам не стоит особенно огорчаться. Недавно аналогичные эксперименты были проведены в Нью-Йорке, Чикаго и Майами. Все мегаполисы получили по троечке с минусом. Если уж в этих вавилонах народ ни бум-бум во французском и немецком, то какой с провинциалов спрос?


 


Ну и который все-таки час?
С этой целью в Луисвилле устроили “языковую ловушку”. Президент нашего филиала Томас Зауэр, коренной немец и лингвист, на "операцию “Ы” мобилизовал коллег и преподавателей иностранных языков штата. По мнению Зауэра, город со столь разветвленной сетью иностранных контактов в бизнесе, науке и культуре должен быть многоязычным. Место эксперимента как нельзя лучше соответствовало поставленной цели — деловой центр Луисвилла.
Пару дней назад учителя и лингвисты вышли на большую дорогу — самую оживленную в городе 4-ю стрит. Время тоже подходящее — ланч. И стали приставать к интеллигентного вида прохожим с одним вопросом на трех языках:
— Quelle heure est-il?
— Que hora es?
— Wie spat ist es?
“Который час?” — на французском, испанском и немецком. Реакция, как и ожидалось, была смешанной: правильные-неправильные ответы, замешательство, удивление. Результаты неожиданными. Из 164 опрошенных 97 вообще не дали никакого ответа, 58 — на английском и только 9 на соответствующих языках.
Зауэр не рассчитывал, что большинство ответит на языке вопроса, но разочарован не столько этим, сколько реакцией опрашиваемых. Большинство либо ошалело глядели на “иностранцев” как на марсиан, либо даже не пытались вникнуть, о чем их спрашивают. И хотя бы ответить на английском или жестами.
Сьюзен Марнатти, преподаватель немецкого, удивляется по другому поводу. Многие ее испытуемые отнеслись к ней дружелюбно, но становились в тупик от незнакомой речи и реагировали на вопрос абсолютно неадекватно: показывали дорогу в рыбный ресторан, отель, библиотеку или рассказывали, кто будет выступать в клубе напротив.
Приговор Зауэра неутешителен: Луисвилл проявил полную языковую неподготовленность и не может считаться современным цивилизованным городом. Общая оценка по школьной шкале — двойка с плюсом. Двойка за знания, точнее, незнание, плюс — непонятно за что. Наверное, за те девять правильных ответов?
Впрочем, кентуккийцам не стоит особенно огорчаться. Недавно аналогичные эксперименты были проведены в Нью-Йорке, Чикаго и Майами. Все мегаполисы получили по троечке с минусом. Если уж в этих вавилонах народ ни бум-бум во французском и немецком, то какой с нас, провинциалов, спрос? И велика ли разница между двойкой с плюсом и тройкой с минусом? Как-нибудь переживем. Же не манж па сис жур.


Виктор РОДИОНОВ
Луисвилл, Кентукки,США
специально для Телеграфа

29.09.2005, 08:08

Телеграф


Написать комментарий