Что сказал профессор

В русской прессе уже долгое время дискутируется проблема политической перспективы для нелатышей в Латвии. Дискутируется в основном представителями конкурирующих партий, что, безусловно, накладывает отпечаток на беспристрастность оценок. В таких случаях полезно взглянуть на ситуацию со стороны.


К компромиссам призывают исключительно русских жителей Латвии


Пользуясь статусом специалиста-политолога, это вроде бы попытался сделать профессор Юрис Розенвалдс («Час» от 3 сентября). Считать его полностью беспристрастным, конечно, нельзя, но характерно другое: он озвучил тезисы, полностью подтверждающие выводы… его оппонентов из «Равноправия»…

Дискриминация как «субъективное ощущение»?


Конечно, г-н Розенвалдс хотел сказать что-то совсем иное, но вырвалось из подсознания вот это: «логично было бы разделить общину… нашим политикам не хватило на это ума… и произошла консолидация нелатышской части населения вне зависимости от того, граждане они или нет».

Самые непримиримые из Штаба защиты русских школ могут торжествующе ткнуть пальцем в текст: вот видите, не только латвийские правые политики и национал-радикалы стремятся расколоть нелатышей на русских – нерусских, граждан – неграждан, но и «умеренные и согласные» представители титульной национальности их в этом абсолютно поддерживают. Случайная оговорка?

Возьмем другой острый вопрос – образование на русском языке, и получим то же самое: по мнению Юриса Розенвалдса, плох не сам запрет учить физику с математикой на родном языке, а то, что правительство не объяснило как следует неразумным русским пользу от этого.

Изумляет и его отношение к проблеме этнической дискриминации. Вот если какая-то девица в приемной государственного или окологосударственного учреждения на мое «Добрый день» отвечает «Лабдиен» и далее упорно демонстрирует законное (в смысле – дозволенное ей латвийскими законами) нежелание разговаривать на языке тех, на чьи в том числе налоги она существует, – это действительно одинаково ущемляет меня, «дважды потомственного» гражданина, в правах наравне с негражданами, или это я всего лишь «так чувствую»? Сразу видно, что г-н Розенвалдс философ…

Да-а, если обновленное и «отцентрованное» «Согласие» по-прежнему будет пытаться общаться с нелатышами с подобных позиций, результат предсказать нетрудно. Ведь вариант общественного согласия времен Юрканса потерпел фиаско не потому, что, по словам последнего, «общество к нему не готово», а потому, что пээнэсовцы все время старались «объехать по кривой» все острые общественные проблемы, «да» и «нет» не говорить, черное и белое не называть… Не прокатило. Ну так делайте же выводы!

Две идеи, которые могут объединить


В качестве одной из таких идей предлагается Латвия. Общая родина как самоценность, надо полагать. Сказано красиво, но… Дело-то в том, что это понятие для всех очень и очень разное. Что делать, если для одних это этнический заповедник, где все только по-латышски («только мы здесь хозяева, а кто не согласен – может уезжать», – это еще не самый жесткий вариант предлагаемого ими решения проблем), для других – ганзейский Вавилон, перекресток торговых путей, сплетение этносов, культур и языков, среди которых латышский сегодня основной, но далеко не единственный и не самый нужный?

То, что объединяющей идеей может быть социально-экономическая – это бесспорно. Правда, с одной маленькой поправкой: знаменем должен быть не уровень материального благосостояния как таковой (он тоже неизбежно получится для всех очень разным), а его справедливость. Директор завода и заводские рабочие всегда будут иметь разные уровни доходов. Но если при этом рабочие знают, что вилла в Юрмале и эксклюзивный лимузин шефа – это не плод его «выдающихся экономических способностей», а результат двухлетней невыплаты зарплат и искусственного банкротства предприятия в личных целях?

Второй объединяющей идеей должна стать идея национального согласия, но только на основе признания равных прав всех жителей. В том числе на свой язык, школу и латвийское гражданство.

Наш закон о гражданстве действительно можно считать либеральным, если применять его к тем марокканцам, что попросили намедни убежища в Латвии. Считать его таковым по отношению к негражданам, бывшим постоянным жителям Латвии с паспортами СССР (у г-на Розенвалдcа в 1991 году в кармане лежал точно такой же, не правда ли?..) – это уже, мягко говоря, лукавство.

Давайте говорить честно: основная проблема общественного согласия не в позиции русских, а в сегодняшних умонастроениях латышей. Не хочет значительная часть их ни равноправия, ни согласия потому, что ситуация их устраивает.

Дело даже не только и не столько в каких-то стереотипах и исторических фобиях типа «памяти о 40-м годе». Госслужба фактически стала негласной привилегией латышей – а это десятки тысяч рабочих мест, надежный кусок хлеба, островок гарантированного достатка в нынешнем море экономической нестабильности.

А упомянутые страхи – это вообще-то патология, болезнь, как и всякая фобия. Ее у народа, как и у человека, лечить надо, а не провоцировать обострения перед каждыми выборами. Лекарство известно: историческая правда, логика, здравый смысл.

Но говорить латышам правду должны не Жданок с Петропавловским – их они перестают воспринимать, едва заслышав фамилии, а авторитетные латышские политики и ученые. Но те либо молчат, либо с завидным упорством продолжают убеждать в необходимости компромисса и национального согласия исключительно русско- язычного читателя…

13.09.2005, 08:05

chas-daily.com


Написать комментарий