Евросоюз: осторожно, двери закрываются!

«Закручивание гаек» коснулось не только эмигрантов из стран Ближнего Востока и Африки, но и всех остальных - «старая» Европа не желает принимать более ни соседей из восточноевропейских стран, ни беженцев из Азии.


Британцы первыми инициировали процесс ужесточения правил для эмигрантов, причем как кандидатов на статус беженца, так и тех, кто уже успел получить вид на жительство и даже прожить в стране какое-то время. Первые пять имамов, обвиненных в проповедовании ненависти к христианам, были высланы на прошлой неделе в Иорданию. Министр иностранных дел Объединенного Королевства Джек Стро даже специально летал в Амман, чтобы как можно скорее договориться об этом с иорданским королем Абдаллой II.

Выбор страны высылки, кстати, был сделан британцами далеко не случайно: во-первых, королевская семья Иордании, по сути, обязана англичанам троном, во-вторых, у короля Абдаллы с исламистами давние счеты – именно фанатики из «Братьев-мусульман» убили в свое время его деда, короля Абдаллу I. Так что, отправляя «проповедников ненависти» в Иорданию, англичане не рискуют тем, что последние смогут спокойно продолжать свою деятельность – королевская полиция не даст им такой возможности.

Англичан можно понять: лондонские теракты, как это сейчас достоверно известно, были проведены молодыми парнями-пакистанцами, которых привезли в туманный Альбион еще в раннем детстве. Следовательно, прививка ненависти им была сделана уже на месте, а значит, интеграция политбеженцев в британское общество, которой так гордились все известные правительства Ее Величества, оказалась фикцией. Над этой проблемой, по личному признанию Тони Блэра, предстоит еще работать и работать, поэтому заниматься еще и обустройством новых беженцев становится невозможно.

Французы, ужесточая правила приема беженцев, исходили из тех же посылок: теракты в парижском метро не имели столь бурного резонанса, как взрывы в лондонской подземке, однако не были забыты французскими властями. Во Франции живут 5 млн. мусульман, и до сих пор большинство из них вовсе не склонны были полагать себя французами – напротив, они активно выражали свое недовольство «растленными» французскими порядками и требовали для себя особых прав. Достаточно вспомнить волну демонстраций, вызванную «делом о хиджабах», когда на улицы вышли десятки тысяч мусульман, требующих официального позволения для женщин-мусульманок носить платки во всех госучреждениях, включая школы, а также права фотографироваться на документы в платках и… легализации многоженства.

Все эти требования идут вразрез с французским законодательством, которое иммигранты при получении вида на жительство письменно клянутся соблюдать, однако предпочитают жить по правилу «нельзя, но если очень хочется, то можно».

Исламская община Франции по причине своей многочисленности имеет еще одну особенность, беспокоящую власти: согласно данным официальной статистики, 80% французских мусульман подали или собираются подавать прошения о воссоединении семей – проще говоря, перевезти из стран Ближнего Востока и Африки во Францию свою родню. По закону разрешение на въезд должны получить около 15 млн. жителей арабских и африканских стран. По мнению французского министра внутренних дел Николя Саркози, далекого от какого-либо национализма, это стало бы настоящей государственной катастрофой: даже если предположить, что большинство этих людей в течение года с момента прибытия найдут работу (что маловероятно), то целый год их придется как-то поддерживать, разоряя и без того ослабленную социальную систему страны.

В данный момент сложно утверждать со стопроцентной достоверностью, однако похоже, что решения французского и британского правительств стронули лавину в Евросоюзе: сразу после того, как о них стало известно, министры иностранных дел стран ЕС собрались на экстренную конференцию. В Брюсселе они решили, что курсом, проложенным руководствами двух стран, стоит последовать всем остальным: в скором времени Еврокомиссия намерена опубликовать список мер, направленных на ограничение миграции в Европу.

Как первый шаг в ЕС будет принято правило, что соискатель, которому было отказано в политическом убежище в одной из стран Евросоюза, теряет на 5 лет право въезда во все остальные страны Сообщества. Это сделано для того, чтобы потенциальный эмигрант не ездил годами из страны в страну, отыскивая, где повезет, и подавая все новые и новые прошения, как это принято сейчас.

Показательно единодушие, с которым министры быстро и без проволочек договаривались о тех или иных пунктах, – подобная оперативность вовсе не в духе европейского чиновничества. Еврокомиссар иностранных дел итальянец Франко Фраттини в своей итоговой речи подчеркнул, что «в данный момент в Евросоюзе создалось такое положение, при котором массовый приток эмигрантов окажется губительным для существования стран ЕС».

Пока нашествие беженцев в Европу если не отменяется, то уж во всяком случае будет ограничено. Удастся ли эта попытка – покажет время. В последние месяцы даже громкие голоса левой европейской интеллигенции, всегда ратовавшей за приезд в ЕС как можно большего числа «униженных и оскорбленных», как-то ослабели. А их основной аргумент о том, что «если массовая эмиграция в Европу будет остановлена, то Европа одряхлеет», был встречен словами того же еврокомиссара Фраттини: «Если массовая эмиграция в Европу НЕ будет остановлена, то Европа одряхлеет и разорится».

07.09.2005, 08:05

chas-daily.com


Темы: ,
Написать комментарий