Год прошел. Вопросы остались

Сегодня миллионы российских (и не только) детей пойдут в школу. Праздничная линейка, первый звонок, цветы учителям, наказы родителей - в общем, все как всегда. Не пойдут в школу только дети Беслана. Для них учебный год начнется 5 сентября. А до этого в Северной Осетии дни траура. По погибшим год назад в школе № 1 детям, их родителям и учителям...


А завтра президент России встретится с членами общественного комитета «Матери Беслана». В Москве. Этой встречи женщины добивались целый год. Отдадим должное мужеству президента, потому что наверняка в лицо ему будет брошено множество упреков. Другое дело, что даже у Владимира Путина, похоже, нет ответов на вопросы родных и близких погибших.

Напомню, что наряду с прокуратурой, расследовавшей причины трагедии в Беслане, работали две парламентские комиссии – Совета Федерации и Госдумы РФ – и комиссия, созданная парламентом Северной Осетии. Как заявил «Часу» глава этой комиссии вице-спикер североосетинского парламента Станислав Кесаев, «республиканская комиссия закончила работу, сделала свои выводы и скоро представит их в опубликованном виде». Федеральная комиссия, возглавляемая сенатором Александром Торшиным, хотя и обещала закончить работу к годовщине трагедии, не успела подготовить доклад. Более того, уже объявлено, что часть документа будет закрытой, «так как он содержит военную и государственную тайну». Так что, похоже, общество и на этот раз не узнает всей правды. Торшина и его коллег можно понять – акция по освобождению заложников в бесланской школе 3 сентября прошлого года была проведена совершенно бездарно. И, кстати, «Матери Беслана» уже успели это доказать.

Именно под их непрерывным натиском прокуратура была вынуждена признать использование в штурме бесланской школа огнеметов «Шмель». Именно они снимали на любительское видео показания 10-летнего мальчика, утверждающего, что он лично доставал спрятанное заранее боевиками оружие из-под сцены актового зала. Эти показания были переданы следствию, впрочем, следствие продолжает настаивать на своей версии случившегося. Именно «Матери Беслана» заставили на суде над Нурпаши Кулаевым (единственным захваченным живым террористом) последнего говорить не то, что от него ожидали прокуроры и судьи. Не случайно Торшин уже заявил, что «Кулаев сдался специально, чтобы навести следствие на ложный след». Мол, Кулаев выжил для того, чтобы публично в суде обвинять в трагедии российские власти, отвлекая внимание от террористов. Более нелепого заявления, честно говоря, слышать еще не приходилось.

Впрочем, ни Торшин, ни прокуратура, ни какие-либо иные ветви власти не желают отвечать на многочисленные вопросы. Почему с террористами так и не вышли на переговоры, хотя они этого так требовали? Почему по зданию с живыми заложниками стреляли танки? Почему за три дня так и не было создано подобие хоть какого-нибудь штаба и кто все-таки начал штурм школы? Даже неизвестно, кто все-таки руководил операцией по спасению заложников (если это можно назвать операцией), кто принимал решение о штурме, кто дал команду использовать огнеметы и танки.

В общем, ответов нет. Но вопросы уже заданы…

01.09.2005, 08:20

chas-daily.com


Темы: ,
Написать комментарий