Мария Арбатова: «Мат я использую как реальность языка»

Писательница-феминистка, как всегда, с душой эпатировала публику

Вчера в Доме Москвы по инициативе Объединения деловых женщин Латвии прошла встреча известной российской писательницы и психолога с латвийскими читателями. Аудитория состояла из нескольких десятков женщин и пятерых мужчин. Двое из последних вручили Марии по букету красных роз, чем приятно удивили главную феминистку России.



Мария Арбатова, как всегда, вела себя легко и непринужденно. И отвечала на вопросы с присущей ей ироничной откровенностью, несмотря на возникающее порой громкое возмущение сидящих в зале слушательниц. Приводим наиболее интересные фрагменты этой встречи.
— Как феминистки относятся к движению гомосексуалистов?
— Для нас чужая ориентация принципиального значения не имеет, если это находится в рамках уголовного кодекса. Я знаю, что у вас недавно был гей-парад. Это — формальный признак вхождения в Европу. И признак того, что вы становитесь взрослой страной. Вот у нас парад запретили…
— Феминистки все время говорят о сексуальном насилии. Да многие дамы были бы счастливы! Мужиков-то нет!
— Это ошибка. Счастливы были бы только мазохистки… А что мужиков нет — совершенно с вами согласна. У вас здесь просто пустыня. Мы вчера гуляли с подругой по Юрмале, но это же просто беда! Но помочь не можем, разве что пригласить вас в Москву… Мы вообще живем в городе с другим ритмом. А здесь себя чувствуем как итальянцы на севере.
— Как вы относитесь к парапсихологии?
— Да никак! Но у вас, скажу я вам, что-то происходит безумное. Мы сначала вселились в гостиницу, в которой жили какие-то псевдосайентологи. Они сначала громко очищались, а потом радостно пели до 6 утра. А с 10 часов опять начали очищаться… А что у вас идет по ТВ! Там вещал какой-то человек по фамилии Ледяев. Первые 15 минут я думала, что это такого рода юморист, и была, извините, в оргазме… Но потом увидела, что в зале сидят нормальные с виду люди, и все они громко кричат: “Да! Мы пойдем за тобой!” Я поняла, что это — совсем плохо…
— Как вы относитесь к засилью нецензурной брани в литературе? Например, к тому, что делает Сорокин?
— Сорокина я не очень люблю, он мне не кажется талантливым писателем. А мат появляется или не появляется в литературе в зависимости от состояния в обществе. Я и сама его использую и в творчестве, и в жизни. Но только как реальность языка. Как кто-то сказал: “Русский рассказ без мата сразу превращается в доклад…”
(Из зала с возмущением: “Не надо гадить в русский язык! Не вы его создавали и не вам его замусоривать!..”)
— России мы не нужны, а здесь нас, неграждан, не считают за людей. Как нам пережить стресс?
— Безусловно, многие из вас попали в мясорубку оккупационного долга. И к этому надо правильно относиться. Мой бывший муж без всякой иронии честно говорил: “Я родился в Риге, в семье оккупантов”. Хотя его отец занимался здесь самолетостроением. Надо иметь мужество и признать, что мы сюда внесли этот режим на штыках… Теперь это чужое государство, нам для въезда в Ригу приходится платить 60 евро за визу. Не очень-то приятно, а что делать? Прежнюю Латвию нам уже никто не подарит. Надо это принять как данность, а не размазывать себя по внутреннему конфликту.
(Возмущение в зале.)

25.08.2005, 07:48

Телеграф


Написать комментарий