Игорь Хохловкин: «Обожаю рижское лето!»

В Ригу приехали хорошо известные жителям нашего города артисты - Игорь Хохловкин и его жена Марина Калмыкова. Старшее поколение помнит Игоря по литературно-музыкальным программам, особенно «Выше жизни - любовь», Марину - по спектаклям рижского ТЮЗа. Они планировали выступить в клубе «Гамлет», но выступление не состоялось. «Час» поговорил с ними за жизнь.

<TABLE WIDTH=220 CELLSPACING=0 CELLPADDING=0 BORDER=0 ALIGN="LEFT"><IMG SRC=“http://www.chas-daily.com/win/2005/08/17//ppic/.gif” WIDTH=1 HEIGHT=20 BORDER=0>
<IMG SRC=“http://www.chas-daily.com/win/2005/08/17/n190_hohlovkin-vysotsky.jpg” WIDTH=200 BORDER=1 ALT="Photo">

Из семейного архива.
Хохловкин читает Высоцкого. Конец 80-х.<IMG SRC=“http://www.chas-daily.com/win/2005/08/17//ppic/.gif” WIDTH=20 HEIGHT=1 BORDER=0><IMG SRC=“http://www.chas-daily.com/win/2005/08/17//ppic/.gif” WIDTH=1 HEIGHT=20 BORDER=0>


Жили-были, говорили


Они подготовили ту же «Любовь», но по-новому. В этой программе все смешалось – любовь друг к другу (они вместе уже 26лет, двое детей), любовь к жизни, любовь к Риге. Игорь читает стихотворения Шекспира, Верлена, Лорки, Пастернака, Бродского, Черного, Набокова. Марина под гитару на свою музыку поет Цветаеву, Ахматову, Мандельштама, Элюара, Гете, Рильке и других. Каждого – на его родном языке.

- Марина знает пять языков, – не без гордости уточняет Игорь. – Она работает в немецких театрах. Для русской актрисы это редкость.

- Хотя нас, актеров Шапиро, уже четверо в Германии, – уточняет уже Марина.

Живет семья в Дюссельдорфе, а играет Марина в Берлине, Бохуме, Вуппертале, Кельне, Эссене… Ангажементы у нее хоть и постоянные, но кратковременные. Так удобнее.

- Частая смена актеров – это для поддержания художественного уровня театров?

- (Смеется.) Про художественный уровень говорить очень трудно. Особенно после работы с Шапиро. Это не государственные театры, а коммерческие – они играют комедии, чтобы повеселить публику. Что-то вроде российской антрепризы. Но такая свобода мне нравится. Можешь выбирать. Опять же – нет постоянного коллектива, значит, меньше склок.

- Вы оба коренные рижане?

- Я родилась в Москве, но все равно рижанка, – говорит Марина, – а Игорь из Липецка. Он приехал в Ригу в 18 лет, когда при консерватории впервые набирали актерский курс на русском языке.

Как важно быть «в ажуре»


Судьба актера была словно предназначена Хохловкину:

- Помню, в Липецк приехал Алексей Баталов с фильмом «Дорогой мой человек». Это было потрясение! Какой он был обаятельный, как он весь лучился… Я понял, что это другой мир. Поехал в Москву – поступать. Но так разволновался, что на экзамен не пошел…

На следующий год Игорь поехал в Ригу.

- Меня, провинциального пацана, город поразил!

Готовясь к экзаменам, я прочел массу воспоминаний об актерах. В том числе и о Николае Мордвинове. Завадский пишет, что нашел этого потрясающего артиста в Ростове, когда набирал там курс. Мордвинов среди прочего народа ничем не выделялся, разве что чистой обувью и белой рубашкой.

Мне это так запомнилось, что я для экзамена специально купил новый костюм – он, хоть и дешевый, на мне хорошо сидел. Плюс белоснежная рубашка и туфли, в которых я по улице не ходил.

И Вера Балюна сразу меня отметила: «Подойдите сюда. Вы рижанин?» «Нет, – говорю, – я из Липецка». – «А кто же вас с таким вкусом одел?»

Сработало! И вот я с волнением читаю «Контрабандистов» Багрицкого – жар, молодость, кровь!

Прочел, и она мне говорит: «Вы взяты…»

Так я попал в Ригу.

Правда, через год ушел в школу-студию МХАТ. Причина? Вере Михайловне было не до нас – три или четыре курса актеров, режиссеров, где-то она еще ставила спектакли. Нами занимался один актер…

Здравствуй и прощай


Окончив студию в Москве, Игорь вернулся в Ригу – к первой жене, художнице (женился на 3-м курсе). Его оставляли во МХАТе, но жена – вплоть до развода – не хотела переезжать в Москву. Вскоре их развела сама жизнь.

- Я проработал в Русской драме актером семь лет. Очень хотел заняться режиссурой. И главный режиссер Кац позволил мне уехать на Высшие режиссерские курсы (учась, я приезжал в Ригу играть в спектаклях). Но в качестве режиссера я с Кацем не сработался.

И ушел в филармонию. Там сделал программу по пьесам Шекспира, еще – об Александре Блоке, Владимире Высоцком. Объездил, выступая, почти весь Советский Союз – с этой точки зрения мне повезло.

А поменялась власть – и все рухнуло. И ТЮЗ, и филармония приказали долго жить. К счастью, с Мариной мы уже были вдвоем.

Марина: – Я его сначала увидела на сцене Русской драмы. Он мне очень понравился. А познакомились, когда Кац набирал курсы при театре.

- Я ведь старше ее, другое поколение. Мне поначалу было неловко. А когда все произошло, я понял, какая драгоценность мне досталась. А потом и дети появились. Этот творческий контакт бесконечный – меня это греет. 26 лет пролетели мгновенно.

Дети говорят на немецком, английском, французском, не считая русского. Мы каждый год в Ригу приезжаем, сейчас дочка-школьница взялась за латышский.

…А в 90-х, оказавшись не у дел, актерская семья уехала на Запад. Сначала в Лондон, там работали внештатниками на русской студии Би-би-си.

Игорь: – Нам оказала покровительство прекрасный человек и известный журналист Наталья Рубинштейн. Оказалось, у нас много общих знакомых. Бывший завлит ТЮЗа Роман Тименчик (он сейчас профессор в Иерусалиме) помогал нам составлять программы.

- А еще я пела во французских ресторанах, – добавляет Марина. – Я с 12 лет играю на классической гитаре. У меня был великолепный учитель Михаил Азовский-Руссо. Он когда-то жил в Испании, имел свою группу фламенко…

Благодаря гитаре у меня всегда кроме театра была параллельная творческая жизнь. Сначала пела, потом стала писать музыку к концертам Игоря.

…После Англии они оказались в Германии. Дети росли, их надо было учить…

- Государственное образование в Англии, мягко говоря, неважное, – объясняет Игорь, – а частное требовало больших денег. Нам же хватало только на проживание. Друзья подсказали, что в Германии хорошие бесплатные школы и университеты. Удалось там зацепиться – Марина нашла театр. И я не сижу без работы – там много русскоязычных.

Любовь такая разная


- Игорь, ваша нынешняя «Выше жизни – любовь» чем-то отличается от прежней, советской?

- Конечно. Я бы назвал ее «Импровизации на тему любви». Другие авторы, другая музыка. Но прежнее название как бы приросло ко мне.

- А Рига?

- Рига – она меня потрясла при первом знакомстве. И любовь к ней не уменьшается. Любовь к Риге у меня – навсегда.

Я безумно люблю рижское лето, когда плохая погода. Когда тепло и – дождик. И даже ветер. Как ни странно, это меня успокаивает. Когда в Берлине проходили Дни Риги, мы принимали в них участие. И читали, и пели.

- У меня все детство прошло в этих парках, – говорит Марина, – и в Стрелковом, и в Петровском. В Стрелковом был спортивный клуб СКА, я там занималась спортивной гимнастикой. И Бастионная горка… Эти живые картинки остаются на всю жизнь.

- Нет, лучше города я не нашел, – заключает Игорь. – Я ведь тут и в армии служил – в ансамбле песни и пляски Прибалтийского военного округа. Сейчас я вижу, что и эта страница была не лишней в моей биографии. А маленькая сцена клуба «Гамлет» для меня не менее важна, чем когда-то большие сцены Кремлевского дворца съездов или Колонного зала.

…Жаль, что творческая встреча сорвалась. Спишем это на капризное рижское лето. Значит, все еще впереди.

17.08.2005, 08:12

chas-daily.com


Написать комментарий