Судьбы моей простое полотно

Накануне Дня Победы в Доме Москвы открылась выставка даугавпилсского художника Василия Паршикова. Так совпало, что именно в тот день, когда в Риге выставлялись его полотна, Василий Акимович отметил 85-летие. Надо учесть, что за плечами - война, которую прошел от начала до конца. А это время засчитывается год за три.


Удивительно, но у Василия Акимовича сохранились некоторые портреты боевых друзей, которые он нарисовал прямо на фронте. Фоторепродукции переслали ему однополчане. Те, кому тоже повезло выжить. В буквальном смысле через огонь пронесли они эти рисунки. Смотришь на карандашные наброски – какие же они были молодые и красивые!

Василий Паршиков в войну был командиром отделения топографической разведки. Пушка бьет не только прямой наводкой. Ее можно навести и на невидимую цель. А чтобы выстрел был точным, нужно правильно определить координаты цели. Тут-то и вступает в действие топографическая разведка.

- Я в 41-м уже служил в артиллерии, – вспоминает ветеран. – Сообщения о войне мы не слышали. Приказали с орудиями отправляться на учения, как обычно. Но на сей раз выдали смертные медальоны – такие гильзы с бумагой внутри, на которой надо было записать имя и адрес. Помню как сейчас, стою, смотрю на этот медальон и думаю: зачем же свою смерть носить на груди? Взял и зашвырнул эту гильзу как можно дальше.

Еще по дороге на «учения» колонну забросали бомбами вражеские самолеты. А потом прямо на марше артиллеристы вступили в бой с фашистскими войсками. Страшный бой. Необстрелянный полк почти полностью был уничтожен. Паршиков с двумя уцелевшими бойцами прибился к другой части и продолжал воевать. Горькие первые месяцы войны вспоминал потом во время наступления в Белоруссии. Тогда наши двигались так стремительно, что просто не обращали внимания на группы противника по сторонам шоссе. Знали, что ничего они не смогут сделать, и рвались вперед.

Закончилась война для Василия Акимовича в Латвии, в Курляндском котле.

- Столько лет прошло, а многое помнится, будто было вчера, – говорит он. – Перед наступлением в Курземе отправились с командиром на передовую. Тишина, лунная ночь, снег тонким слоем прикрыл землю. И вдруг такой звук – ш-ш-ш. Когда снаряды свистят, это значит, что они далеко от тебя. А вот этот шипящий звук бывает при прямом попадании. Мы попадали на землю, а разрывы впереди, сбоку, совсем рядом. Потом чувствую – спину обожгло. А боли нет. Думаю, наверное, перебило позвоночник, так что уже не встану. Потом сестричка подбежала, задрала одежду, посмотрела и говорит: «Только ожог от осколка, пригладило тебя». Когда пришел на позицию, все начали хохотать и показывать на меня пальцем. Оказывается, осколки порвали не только всю одежду, но даже валенки. Ремень, на котором висел теодолит, в двух местах наполовину срезан. А я цел, только отметина на спине. Вот она, солдатская судьба!

Здесь, в Латвии, осуществил Паршиков свою мечту, поступил учиться в Академию художеств на факультет живописи. Необычную картину можно было увидеть тогда в стенах академии. Рядом с изящными рижанками и богемного вида юношами за мольбертами стояли суровые мужчины в солдатских гимнастерках. Их было несколько, и профессора относились к ним с уважением и вниманием. Учились они страстно, с наслаждением. То, что другим студентам казалось бытовыми трудностями, вчерашние солдаты воспринимали как подарок судьбы. Например, возможность работать ночами и купить гражданский костюм.

Василий Акимович был направлен преподавателем в Даугавпилсское художественное училище, где и проработал много лет. Руководил студией изобразительного искусства, где рядом занимались и школьники, и пенсионеры. Некоторые его ученики стали профессиональными художниками. А полотна самого Паршикова приобретались музеями Латвии, они нашли свое место во многих частных коллекциях. Это портреты, пейзажи, натюрморты. Василий Паршиков – приверженец реалистической школы. Вот пару лет назад побывал наконец в Англии, Голландии, посетил знаменитые музеи. По его словам, у картин старых мастеров толпятся люди из разных стран. А в музее абстрактной живописи он постоял одиноко, да и ушел.

Внук Дмитрий с гордостью глядит на деда и рассказывает:

- Это поколение действительно удивляет во всем. Дедушка два месяца назад перенес инсульт. Врачи сказали, что полгода будет лежать, а потом можно будет начать реабилитацию. А он встал сразу. На днях захожу – уже сидит за мольбертом и пишет автопортрет.

А есть ли картина, которую хотел написать, да не смог? Василий Акимович задумывается.

- Знаете, ведь для того, чтобы написать масштабное полотно, нужны годы. Когда-то живописцу для создания такой картины давали стипендию или меценаты финансировали его работу, но он мог трудиться не отвлекаясь. А я всю жизнь работал, содержал семью. А была мечта создать панораму Сталинградской битвы, участником которой я был. Не получилось. Хотя даже наброски сделал: вдали пылает город, а над Волгой – утренний туман, и сквозь дымку видно, как по воде плывут…

Голос ветерана пресекся от нахлынувших слез.

Здоровья вам всем, солдаты-победители!

10.05.2005, 09:33

chas-daily.com


Темы: ,
Написать комментарий