«Надеюсь, приватизацию завершим без казусов»

Уже несколько месяцев Сейм готовится к принятию пакета законопроектов, которые поставят точку в процессе приватизации. Остатки всегда сладки, а потому подготовка законопроектов проходит в весьма нервозной обстановке.

На вопросы Kb ответил парламентский секретарь Министерства экономики и депутат Сейма от “Нового времени” Дзинтар Закис, являющийся главой рабочей группы парламента по подготовке законопроектов, оговаривающих порядок окончания приватизации.

Реклама

— Один из камней преткновения — определение стоимости земельного участка при приватизации. Народная партия настаивает на том, что цену надо назначать исходя из кадастровой стоимости, а “Новое время” исходит из рыночной. На чем договоритесь?

— Для начала уточним, о каких земельных участках идет речь. Это застроенные земельные участки, на которых стоят принадлежащие частным лицам объекты, но сама земля пока не приватизирована. В стране порядка одной-двух тысяч таких земельных участков. Принцип, которым мы руководствовались при определении стоимости земельных участков, таков: интересы общества должны доминировать над интересами отдельных субъектов. Если мы, не дай Бог, отдадим землю в частные руки исходя из кадастровой стоимости, государство, по подсчетам Латвийского агентства приватизации, недосчитается примерно 10—15 миллионов латов.

Мы в Сейме сейчас пришли к такому решению: в окончательном варианте редакции законопроекта останется норма, гласящая, что цена приватизируемого застроенного земельного участка не может быть ниже его кадастровой стоимости. Но одновременно будет оговорено, что при определении стоимости земельного участка нужно применять методику, позволяющую установить стоимость, близкую к рыночной.

— Советник премьера по вопросам приватизации Виктор Шадинов приводит такой контраргумент: когда объекты приобретались, их будущие владельцы были уверены, что приватизируют землю под ними по кадастровой стоимости. Получается, что их обманули?

— Если бы где-то в законодательстве было четко прописано, что земельные участки под объектами должны приватизироваться исходя из кадастровой стоимости, я с Шадиновым согласился бы. Но законодательство оговаривает лишь то, что цена приватизируемого участка должна быть не ниже кадастровой стоимости. И это, грубо говоря, означает, что цена должна быть выше кадастровой! И за сколько владелец земли — государство или самоуправление — хочет отдать земельный участок, за столько и отдаст, приведя соответствующие аргументы.

Практика, кстати, выявляет очень странные цифры. Например, стоят совсем рядом два земельных участка, а стоимость их приватизации разнится аж в сорок раз!

— Еще одно разногласие между коалиционными партнерами — по поводу соотношения сертификатов и денег при приватизации объекта.

— Еще два года назад Кабинет министров определил это соотношение. Сейчас ставки дифференцированные: в Риге и Юрмале — 50 на 50 процентов, в остальных городах — 60 на 40 процентов в пользу сертификатов, в регионах — 80 на 20 процентов. Применять же старое соотношение — 80 на 20 — по всей стране попросту не очень честно по отношению к тем людям, которые осуществили приватизацию по новым правилам.

— Как вы считаете, в связи с принятием пакета законопроектов цены на сертификаты пойдут вверх?

— Цены взлетели уже в конце прошлого года. Это произошло, потому что фактически прекратилось поступление в оборот сертификатов, но сохранился спрос на них. Однако рост цен я считаю в больше мере результатом манипуляций, нежели процессом, имеющим под собой реальное экономическое основание. Кстати, цена компенсационного сертификата достигла уже 27 латов — до номинальной стоимости не хватает всего лата. И это означает, что политика использования компенсационных сертификатов была правильной. Имущества у государства больше, чем сертификатов на руках у населения. Не будем забывать о том, что до сих пор не приватизировано более 5 млн. квадратных метров жилплощади. И еще у нас больше 700 тыс. гектаров земли, которая отдана в управление частным лицам и до сих пор не приватизирована. Суть-то земельной реформы в том, что люди получают землю с целью в дальнейшем выкупить ее. Вопрос в том, почему они этого до сих пор не сделали? Ведь если они не приватизируют землю, то им придется платить за аренду, что будет намного дороже. Я очень надеюсь, что все, кто сейчас пользуется землей, наконец-то проснутся и сделают логичный вывод: надо приватизировать.

— Не секрет, что примерно половина неиспользованных сертификатов находится на руках у десятка весьма влиятельных и богатых людей. Какие возможности использовать сертификаты вы намерены оставить таким людям?

— У них есть три варианта действий. Первый — приватизировать за сертификаты большие объекты. Второй — скупать сертификаты с целью дальнейших спекуляций на рынке. Третий — скупать сертификаты с целью в будущем в судебном порядке получить от государства компенсацию за неиспользованные сертификаты. Теперь посмотрим на возможности реализации всех трех сценариев. Если говорить о первом сценарии, то допустить приватизацию больших объектов за сертификаты мы просто не можем. Есть ряд предприятий, которые, согласно правительственной декларации, планируется оставить в государственной собственности: Latvenergo, Latvijas pasts, Latvijas valsts meїi, Latvijas dzelzceіљ, Lidosta R­ga. И есть ряд крупных объектов, которые, согласно правительственной декларации, могут быть отданы в частные руки только за деньги: airBaltic, R­gas siltums, Ventspils nafta, Lattelekom, LMT. Но, конечно, останутся и предприятия, которые могут быть отданы за сертификаты. Это будут те компании, к которым не проявили большого интереса потенциальные инвесторы.

Со вторым сценарием все просто: рынок открыт, и никто не может влиять на торговлю сертификатами. Так что перепродажа вполне возможна.

По поводу третьего сценария мы делаем все, чтобы не было повода для судебных разбирательств. Главное тут — не менять условий игры во время самой игры.

— И все же — какова судьба Latvenergo? С одной стороны, в правительственной декларации говорится, что это предприятие не может приватизировано. С другой — в законопроекте, оговаривающем окончание приватизации, есть крайне расплывчатая формулировка, согласно которой судьбу дочерних предприятий, принадлежащих на 100 процентов неприватизируемому государственному предприятию, решает Кабинет министров. Это как понимать? Как попытку скрытой приватизации по итогам реструктуризации Latvenergo?

— Нет! Законодательством четко и ясно оговорено, что вся инфраструктура Latvenergo остается в собственности государства. Latvenergo в результате реструктуризации преобразуется в холдинг, и в отношении его возможных дочерних предприятий тоже не будет вариантов приватизации. Конечно, со временем причины для дискуссий о продаже принадлежащих Latvenergo предприятий могут возникнуть. Например, зачем Latvenergo гостиница в Юрмале? Может, лучше ее продать по максимально высокой цене?

— На следующей неделе Сейм будет принимать в окончательном чтении пакет законопроектов по приватизации. Сюрпризов ждете?

— Знаете, я надеюсь на здравый смысл. И на то, что Народная партия тоже выполнит обязательства, взятые ею на себя при вхождении в состав правительства.

21.04.2005, 12:42

"Коммерсант Baltic Daily"


Темы: ,
Написать комментарий